aif.ru counter
170

Блокада: в городе и на фронте

Чем дальше уходит от нас война, тем больше мифов и легенд возникает вокруг нее. Но люди забывают, что никакие измышления современных историков не могут сравниться с простыми документальными записями военных лет. Все помнят о дневнике Тани Савичевой, но уже забылся страшный факт: ведение дневника в блокированном городе или на фронте каралось вплоть до расстрела. Записывать реальные события без специального военно-партийного одобрения было запрещено. Но люди все-таки нарушали этот запрет, потому что понимали: на их глазах вершится история, которая может быть потом искажена. Бережно хранились эти мятые листки, исписанные чаще всего карандашом, - чернила на фронте и в блокированном городе были не столь редки, сколько неудобны в употреблении.

Чем дальше уходит от нас война, тем больше мифов и легенд возникает вокруг нее. Но люди забывают, что никакие измышления современных историков не могут сравниться с простыми документальными записями военных лет. Все помнят о дневнике Тани Савичевой, но уже забылся страшный факт: ведение дневника в блокированном городе или на фронте каралось вплоть до расстрела. Записывать реальные события без специального военно-партийного одобрения было запрещено. Но люди все-таки нарушали этот запрет, потому что понимали: на их глазах вершится история, которая может быть потом искажена. Бережно хранились эти мятые листки, исписанные чаще всего карандашом, - чернила на фронте и в блокированном городе были не столь редки, сколько неудобны в употреблении.

Мы публикуем отрывки из двух дневников блокадного времени. Один из них вел 15-летний сын учителей Миша ТИХОМИРОВ, живший на улице Достоевского. Начатый 8 декабря 1941 года, дневник обрывается 28 февраля 1942 года - мальчик погиб. После его смерти семья эвакуировалась из Ленинграда. Копию дневника передала нам сестра Миши Нина Тихомирова, живущая ныне в Венгрии.

Второй дневник - записки ополченца Виктора ЗАЛГАЛЛЕРА, студента Ленинградского университета, ушедшего на фронт с первых дней войны. Ленинградец, всю блокаду он провел под стенами своего города, деля с его жителями все тяготы и лишения. Виктор Абрамович был военным связистом, а после войны вернулся в родной университет и преподавал в нем почти до 80-летнего возраста, до пенсии. Сейчас профессор Залгаллер живет в Израиле.

Смотрите также:





Самое интересное в регионах
Роскачество

Актуальные вопросы

  1. Может ли татуировка помешать устройству на работу?
  2. Где должна храниться медкарта?
  3. Кто сколько сейчас получает в Петербурге?