aif.ru counter
Елена ДАНИЛЕВИЧ 270

«Маршал песни». За что Георгий Жуков присвоил это звание Соловьёву-Седому

В Петербурге проводится необычная акция: мосты через Неву разводятся под музыку знаменитого композитора Василия Соловьёва-Седого. Это признание мастеру, который жил и работал в этом городе, в год его 110-летия.

В 2017 году празднуется 110-летие со дня рождения композитора.
В 2017 году празднуется 110-летие со дня рождения композитора. © / Рудольф Кучеров / РИА Новости

Как же создавались всемирно известные «Подмосковные вечера»? Каким был их автор в обычной жизни? Об этом рассказывает внук композитора, актёр, тоже Василий Соловьёв-Седой.

Елена Данилевич, «АиФ»: Вас назвали в честь деда?

Василий Соловьёв-Седой: Да, у нас между днями рождения всего два дня разницы. Он появился на свет 25-го, а я 23 апреля.

- Каким вы помните Василия Павловича?

- Дома он всегда казался спокойным, даже замкнутым. Работал по утрам. Уже в 8 садился за инструмент, так что на уроки я уходил под звуки рояля. А на людях это был человек, которого все обожали. Душа компании, шутник, выдумщик. В школе знали, что я внук известного композитора, но это ни на что не влияло. Одноклассники нередко запросто приходили к нам домой, дедушка общался с ними, шутил. У нас в школе был драматический кружок, где занимался и я. Однажды мы ставили «Ревизора», я исполнял роль Хлестакова, и дед пришёл на спектакль. Хвалил. И когда поступил в Щукинское училище, три года скрывал, кто мой дед. Для всех я был просто Василий Соловьёв.

- Но материально семья наверняка жила лучше других советских людей?

- Лучше, но без роскоши. Меня, по крайней мере, держали в строгих рамках. Помню, очень хотел джинсы, однако они тогда стоили 100-110 рублей, целую зарплату, и мне отказали. Выручили американские друзья, которые прислали посылку. Дед был очень скромным человеком, предпочитал самую простую еду, одежду. Правда, были помощники - домработница и шофёр. С водителями у него вообще были тесные, дружеские отношения, они становились едва не членами семьи. Не случайно он даже написал песню: «Ты не верь, подруга моя, что шофёры ненадёжные друзья».

Шедевр пылился два года

- Сегодня песни покупаются и продаются, их создатели получают астрономические гонорары. А как оценивал своё творчество Соловьёв-Седой?

- Он своих песен никому не продавал и не пристраивал. Дружил с Утёсовым, Бернесом, Шульженко, Трошиным, писал для них, но об оплате речь не шла. И хотя пластинки выходили огромными тиражами, создателям полагались смешные суммы. Но дело не в материальной оценке. Песни советских лет - огромное духовное богатство нашей страны. До сих пор по радио, телевидению постоянно звучат «старые песни о главном». В любой компании мы неизменно подхватываем «Вечер на рейде», «Тальяночку», «Песенку пилотов». Потому что ничего другого по выразительности и красоте у нас так и не создано. Это уникальный мелодический багаж, с которым новомодные жанры никогда не сравнятся.

- Ваш дед написал около 400 песен, самая известная - «Подмосковные вечера». Она стала визитной карточкой России и занесена в Книгу рекордов Гиннесса как наиболее исполняемая в мире. А правда, что сначала назывались «Ленинградские вечера»?

- Нет, «Подмосковные» были изначально, ведь слова написал москвич Михаил Матусовский. Он привёз стихи к нам на дачу в Комарово, и мелодия возникла тут же - позже не пришлось менять ни одной ноты. Это потом ленинградцы стали обижаться: как же так, земляк, а самую знаменитую песню назвал «Подмосковные вечера»?

Песню дед написал к документальному фильму о спортсменах, но создатели ленты её не взяли, посчитали занудной. В итоге она два года «пылилась» никому не нужная. Но вдруг всё сошлось: Владимир Трошин, который спел так, что до сих пор никто его не превзошёл, Всемирный фестиваль молодёжи и студентов 1957 года, где мелодия получила первую премию и Большую золотую медаль. Сам Василий Павлович в последние годы говорил, что устал от всемирной славы «вечеров». Сетовал: потом скажут - ничего больше и не написал.

Ни музея, ни памятника

- Немногие знают, что ваш дед был членом элитарного Маршальского клуба, куда входили полководцы, выигравшие Победу. Георгий Жуков даже присвоил ему звание «Маршал песни». А как создавались шедевры?

- Дед всё время находился «в процессе», хотя внешне казалось, что он занимается чем-то отвлечённым. У него вообще был математический склад ума. Он постоянно раскладывал карточные пасьянсы, решал сложные ребусы и головоломки, очень любил кроссворды. Обожал детективы. Их тогда выпускали мало, поэтому он нашёл в Москве подпольную контору, где покупал напечатанные на машинке зарубежные издания в жутких переводах. В итоге у нас дома собралось больше ста таких томов, и многие знакомые пользовались этой библиотекой «самиздата». Конечно, власти знали и любому другому немедленно бы запретили, но известному композитору прощалось.

Всё это были звенья большой созидательной работы, которая шла постоянно. Поэтому когда он подходил к роялю, мелодия уже складывалась. Дед сам рассказывал: во время войны они встретились с поэтом Фатьяновым, который привёз «Ничего не говорила» и «Соловьи». Послушал - и через два часа уже показал эти знаменитые впоследствии песни. Кстати, к словам тоже был требователен до последней буквы. Известен случай, когда один из поэтов переписывал стихи 12 раз, пока дед не добился того, что нужно.

Жили просто, без роскоши.
Жили просто, без роскоши. Фото: www.globallookpress.com

- Василий Павлович был удостоен множества наград и премий, избирался депутатом Верховного Совета. И в то же время от власти держался подальше. Как ему это удавалось?

- Он не вступил даже в КПСС - фантастика для советского времени и человека его ранга! Сейчас, оценивая его путь, понимаю: дед всегда был немножко вопреки. Когда началась война и вокруг гремели марши, написал лирическую «Прощай, любимый город». Орудия стихли - он выдал «Марш нахимовцев». Это получалось не специально, просто он был свободолюбив. Никогда не подписывал никаких коллективных писем. В перестройку, когда полетели все маски, я был спокоен: автографа деда под многочисленными «разоблачениями» точно не стояло. На съездах всегда выступал без бумажки, свежо и неожиданно. Его очень любила министр культуры Фурцева и глава Ленинграда Романов, но он привилегиями не пользовался. Беспрерывно приглашали и в Москву, однако Василий Павлович навсегда остался верен Ленинграду.

- Его «Город над вольной Невой» считается неофициальным гимном Ленинграда. Как в городе увековечена память о великом композиторе?

- В том-то и дело, что почти никак. К сожалению, в 90-х нашей семье не удалось сохранить ни дачу, ни квартиру на Фонтанке, 131. На доме только мемориальная доска. Уезжая, я вырезал на память лишь кусок стены с автографами многих известных людей, гостивших в Комарово. Рояль деда подарил своему другу Максиму Леонидову и очень рад, что инструмент продолжает жить, на нём играют и пишут музыку. Пытаюсь добиться, чтобы в честь Соловьёва-Седого была названа хотя бы улица, но не знаю, за какие ниточки дергать. Сегодня в городе нет ни музея, ни памятника. Считаю это несправедливым, ведь дед всей душой был ленинградцем.




Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий

Самое интересное в регионах
Роскачество

Актуальные вопросы

  1. Когда в Петербурге включат отопление?
  2. Правда, что в Петербурге установлен температурный рекорд последних 136 лет?
  3. Как оформить визу в Финляндию после 1 сентября 2019 года?
Сколько денег вы потратили на обновление осеннего гардероба?