Лауреатом престижной всероссийской премии Лучшие Таланты 2025 в номинации «Лучший хореограф и танцор» стала Анастасия Бойко.
Ведущий танцор и талантливый хореограф, в составе Provotorov Freedance Company, известна сольными выступлениями России и зарубежом. Ее уникальный творческий почерк и хореографический язык внёс серьезный вклад в развитие современного танца. Сегодня мы побеседуем с ней о танце, как уникальном языке самовыражения для экстраординарных личностей.
— Анастасия, поздравляю с получением заслуженной награды! Многим интересно с чего началась ваша взаимная любовь к танцу?
— Танец и движение всегда присутствовали в моей жизни. Я рано обнаружила для себя йогу и была глубоко влюблена в нее. Я была крайне заинтересована и в теории, очень стараясь понять теорию Хатха Йоги — Йога Сутры Патанджали, Веды, и другие лекции Йога Университета.
К танцу я пришла, когда обнаружила для себя, что с помощью музыки, танца и слов песен можно доносить огромные смыслы, рассказывать свои сокровенные истории, вдохновлять. Это делали BTS, корейская супергруппа, получившая госнаграды — Орден «За заслуги в области культуры» от Южной Кореи, а также рекордные достижения в чартах Billboard и Гиннесса, при этом выступая в UN, поддерживающая молодежь и множество экоинициатив. Они передали мне огонь творчества и я загорелась сценой, как местом, откуда можно транслировать самые глубины своего сердца и вдохновения.
— Вы обучалась у Акрам Хан, Тина Афиян Брейова, Jermaine Spivey, Alvin Ailey Dance Theater, Катя Стегний, Лика Шевченко и др. С кем ещё вы сотрудничали?
— Моим первым ориентиром в танце был Jimin из BTS, достигший такого мастерства и точности в танце, что я решила научиться двигаться как он. И у меня это получилось! В 2021 году мне даже посчастливилось разделить сцену с Jungkook-ом из BTS — мы выступали на 60 000 стадионе Al Bayt в Катаре на открытие Arab Cup FIFA в 2021, а он годом позже на Чемпионате мира FIFA 2022 с песней Dreamers на этом же стадионе.
Затем — мой учитель contemporary dance Сергей Провоторов, который провел меня по танцевальному пути полностью — от классического балета, модерна, джаз-модерна, через различные техники contemporary и затем в открытое захватывающее плавание импровизации, которое со временем переросло в новый жанр — Freedance и в создание нами Provotorov Freedance Company.

Freedance танцуют свободно, часто в темноте или на природе, где человек погружается в глубины своего подсознания и воображения. Человек следует за импульсом в теле, не зная, куда он его приведет, и часто заходит в абсолютно незнакомые территории своего существа. Это блуждание без карты и встреча со своими мифическими существами.
Также я танцевала у Акрама Хана, одного из знаковых хореографов нашего времени. Увидев первый раз Kaash в исполнении NDT в Петербурге, я замерла и смотрела до конца не дыша. Эта постановка — великолепная смесь индийского и современного танца, и костюмов с отсылкой на традиционную Японию.
Спустя пару лет жизнь предоставила мне такую возможность в Испании. Это были долгие часы танца и разговоров за обедом о смысле жизни. Я спросила у него: «Есть ли у вас конечная цель?» На что Акрам ответил — «Весь смысл в процессе. Покуда я продолжаю учиться, мое ментальное состояние не страдает».
Моя карьера достаточно долго была сольной, мы снимали короткометражный фильм «Finding Her» в священных пещерах Эллоры в Индии, самом большом комплексе вырезанных в камне храмов Буддийской, Индуистской и Джайнинской традиции. Я множество раз выступала в Монастырях перед Буддийскими Учителями и в итоге пришла к Буддийскому танцу Линдро.
— На ваш взгляд какие различия имеет современный танец в России и за рубежом?
— Основа настоящего современного танца — Балет, намного сильнее в России, чем где бы то ни было за рубежом. Это гордость России, и абсолютно заслуженно.
Я разделила танцевальный зал со своими кумирами из Alvin Ailey Dance Theatre и такими легендами как Jermaine Spivey и танцовщиками из компании Акрама Хана, и поняла, что хоть уровень танца не очень отличается от российского, за рубежом к танцу более серьезно относятся. В России, чтобы быть профессиональным танцором, нужно быть человеком несгибаемой веры, страсти, выносливости и одержимости своим делом, и быть готовым к трудностям.

— Среди множества проектов, какой для вас стал знаковым?
— Неким внутренним пиком, кульминацией моего становления как танцора было выступление на Шемахинской Баядерке в 2022. Я была на очень важном событии в Монастыре в Непале и вернулась в Москву, полная вдохновения. Отправной точкой была картина, как я прогоняю копьем демонов в мире наверху, в нашем посередине, и в нижнем мире. Изгоняю все неведение и упадничество.
Мы репетировали долгие часы, и история продолжала обрастать новыми образами — красное полотно было и плащом старца, и символом желания в руках неопытного человека, и юбкой счастливой женщины. Копье трансформировалось в коромысло, воин — в кормилицу семьи и старейшину племени. Этот перформанс выносил на сцену все смыслы и образы, накопленные в месяцах импровизации и самоисследования. Говоря об этом проекте не могу не процитировать со-организатора С. Бухтияров-Орловский, который написал: «По сути, танец обращает внимание зрителя на то, как может быть красив в своих проявлениях человек, находящийся в доверительном диалоге с бессознательным. В этом танце Анастасия демонстрирует не только внешнюю прелесть женщины, но и сокровенную глубину женской души. Анастасии удалось выразить самое главное — архетипическую суть силы танца, недоступную словесному выражению».
— Из чего рождается ваш уникальный танец, на чем вы ставите акценты как творец?
— Мой танец — это сумма всего жизненного и духовного опыта, что во мне есть, и он продолжает меняться с годами и с тем, как меняется мое тело и взгляд на жизнь.
Я стараюсь стоять ногами в двух мирах одновременно. Отправляться в мир свободного танца, фантазии и подсознания для того, чтобы дать себе волю и увидеть недоступные мне вещи, освободить блоки и прожить эмоции. И жить в реальном мире, видеть вещи прямо, привносить из мира фантазий то ценное, что я увидела за пределами обычного ума.