Примерное время чтения: 9 минут
323

Режиссер Владислав Фурманов: «Если снимать про пандемию, то только комедию»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 34. Аргументы и факты - Петербург 25/08/2021
Новый фильм «Родитель» - это очень жесткая история с элементами донкихотства, которая основана на реальных событиях.
Новый фильм «Родитель» - это очень жесткая история с элементами донкихотства, которая основана на реальных событиях. / Ольга Проскурина / Из личного архива

Пандемия COVID-19 нанесла колоссальный удар по киноиндустрии. Новые громкие премьеры и кинофестивали прервались почти на 1,5 года. О том, как коронавирус изменил создателей кино и его зрителей, накануне Дня российского кино рассказал режиссер Владислав Фурманов.

Задумались о жизни

Ольга Сальникова, SPB.AIF.RU: Каким для вас стал 2021-й год?

– Пандемия коронавируса, с которой нам пришлось столкнуться, – ужасна! Я сам переболел два раза, супруга один, и, к счастью, мы выжили. А вот мой отец Рудольф Фурманов почти полгода пролежал в больнице и в апреле скончался из-за отрыва тромба на фоне осложнений после COVID-19. Не перенес коронавирус и наш великий режиссер Владимир Меньшов. Я ему отправил свой новый фильм, мы поговорили по телефону, а через несколько недель пришло известие о смерти. И я так и не узнал его мнение, которое всегда было для меня важным. Этой весной мы потеряли гениального оператора Кирилла Мошковича (умер в 53 года из-за опухоли мозга. – Ред.), с которым мы дружили 13 лет. Наш фильм «Родитель»  – его последняя работа. Поэтому 2021 год стал для меня очень тяжелым в плане потерь.

А в творческом плане – наоборот. Мы успели снять картину! Как только год назад начались послабления – мы сразу приступили к работе, соблюдая все санитарные номы. Слава Богу, во время съемок никто не заболел. В театре также выпустили две премьеры: восстановили спектакль «Сорок первый» и поставили «Даму-невидимку». Сейчас готовим «Гамлета» и создаем Центр актерского искусства имени Рудольфа Фурманова.

- Изменила ли пандемия ваших зрителей?

– Лично я вижу, как изменилось качественное восприятие спектаклей. Зрители стали внимательнее, интересуются более сложными вещами, экспериментальными работами, которые раньше привлекали лишь очень узкий круг. Когда во время пандемии людей лишили их привычного ритма и ограничили в потреблении – у них появилось время подумать о смысле жизни, смерти, наконец, взяться за книгу. Не все же бегать по магазинам в поисках очередных новых штанов.

Однако этот вирус не только подчеркнул хрупкость человеческой жизни, но и обострил ее глупость. Сегодня все государства кричат о ценности каждого человека, призывают вакцинироваться, ходить в масках, но при этом спокойно достают автоматы и убивают друг друга. Мы буквально в прямом эфире видим, как в Афганистане гибнет мирное население. Желающих спастись отгоняют от самолетов выстрелами и газом.

С точки зрения искусства, с одной стороны, разворачивается Шекспир, а с другой – Салтыков-Щедрин. Горький смех над безумием, абсурдом и глупостью человеческих поступков.

– У вас нет желания показать это обострение в своей интерпретации?

– Если снимать про пандемию, то только комедию. Вообще, всерьез снимать про болезни – хорошо в документальном кино: про подвиги врачей, пациентов. А вот если играть все это в художественных фильмах – выходит фальшиво. Смертельно больной герой уже стал своеобразным штампом, призванным выбить слезу у зрителя. Именно поэтому несколько раз отказывался от проектов, связанных с этой темой. Но я бы взялся за сатирическую комедию. Не про саму болезнь, а про то, как она обострила абсурд нашей жизни.

Провал в прокате – не приговор

– Сейчас российские актеры и режиссеры мечтают прорваться на западный рынок через стриминговые платформы. И некоторым это действительно удается. Стоит вспомнить колоссальную популярность сериала «Эпидемия», фильмов «Майор Гром», «Серебряные коньки», которые вошли в топ Netflix в США и европейских странах. Насколько российское кино интересно западному зрителю?

– Сегодня – бум российского кино на всех известных фестивалях. Так, недавно фильмы с российским участием получили два Гран-при на Каннском фестивале («Разжимая кулаки» Киры Коваленко и «Купе номер шесть» Юхо Куосманена, снятое в России. – Ред.). Что касается сериалов, то за последние пять лет произошел технический скачок в их производстве, и мы вышли на западный уровень. Более того, технические возможности сегодня настолько огромны и доступны, что организовать съемочный процесс способен фактически любой желающий, а не единицы, как раньше. Хорошее кино можно снять даже на смартфон! Есть талантливые операторы, художники компьютерной графики, есть бюджеты. И у молодых людей, которые приходят в профессию, существует масса возможностей реализовать свой талант и завоевать западный рынок.

Как правило, число хороших картин не превышает 20%. Поэтому если выйдет 10 фильмов, то 2 из них будут интересными, а если 100, то уже 20, и это замечательно.

– Из бюджета тратятся огромные деньги на создание российского кино, но большинство картин потом проваливаются в прокате. В СМИ и соцсетях появляются возмущенные возгласы о «миллионах на ветер»…

– Государство должно поддерживать кинематограф! Это же целая программа: и поддержка дебютов, и остросоциальных, значимых для общества тем. Успех в прокате не всегда говорит о высоких художественных достоинствах фильма. Так же, как и победа на престижном фестивале не гарантирует полные кинотеатры. Есть и зарубежные фильмы, которые провалились в прокате, но со временем стали культовыми – «Бегущий по лезвию» Ридли Скотта один из них. Поэтому если у государства есть возможность финансировать и развивать индустрию производства национальных фильмов, этим нужно гордиться. А недовольные и пишущие гадости будут всегда. Это же просто. В то время как снять кино, организовать процесс требует большого труда. Поэтому кто хоть раз сталкивался с производством фильмов, не позволит себе неуважительно отзываться о людях, которые делают кино.

Не просто «стрелялки»

– Среди главных претензий к российскому кино – переизбыток бандитов в качестве героев. Вы как режиссер культовых телесериалов «Бандитский Петербург», «Улицы разбитых фонарей», «Агент национальной безопасности» – согласны?

– Когда Владимир Бортко пригласил меня снимать финальные части «Бандитского Петербурга», то сказал замечательную фразу: «Ребята, вы снимаете не криминальную историю, вы снимаете Чехова – историю про людей». Криминальная составляющая там является лишь маркером, который проявляет человеческую природу. Это все проверка человеческих качеств – дружбы, любви, а не просто «стрелялки». Важно, чтобы это было классно сделано. Как, например, гениальная криминальная драма Майкла Манна «Схватка» с Аль Пачино и Робертом Де Ниро в главных ролях. Криминальный жанр никогда не утратит своей популярности, и особенно на Западе. Людям, живущим спокойной стабильной жизнью, хочется экшена. Это нас все время трясет и без бандитских разборок на экране.

– Вы только завершили работу над криминальной драмой о родителях, которым приходится бороться с героиновой зависимостью детей. Почему вновь вернулись к теме лихих 90-х?

– Эта проблема никуда не ушла – лишь изменились наркотики. Перед началом съемок «Родителя» мы сидели в ресторане с группой киношников, и выяснилось, что 7 из 10 человек сталкивались с темой наркотиков в жизни – употребляли их дети, близкие родственники. И фильм даже не о проблеме подростковой наркомании, а о родителях, которые теряют своих детей, разлагающихся у них на глазах. Это очень жесткая история с элементами донкихотства, которая основана на реальных событиях.

В главных ролях – Михаил Пореченков, Мария Миронова, Мария Шукшина, Нелли Попова. Фильм уже закончен, мы ждем прокатного удостоверения. На широкие экраны он выйдет этой осенью или весной будущего года.

Сам режиссер сыграл роль одного из родителей.
Сам режиссер сыграл роль одного из родителей. Фото: Из личного архива/ Ольга Проскурина

– Весь постпродакшн (работа с аудио, визуальные эффекты, монтаж) «Родителя» проходил на «Мосфильме». И вы отметили, что гордитесь тем, что марка московской киностудии будет стоять в титрах. А какой вы видите судьбу нашего киногиганта «Ленфильма»?

– О сотрудничестве с «Мосфильмом» у нас только хорошие впечатления. Съемки шли в Петербурге, но всю операторскую технику, осветительные приборы мы арендовали у московской киностудии, там же провели постпродакшн. Я еще когда в середине 2000-х впервые попал на «Мосфильм», был поражен его отличным состоянием, и тем, с какой заботой и любовью Карен Шахназаров сохранил дух киностудии. В то время как «Ленфильм» находился в полном запустении. Сейчас там работает замечательный кинотеатр, и отремонтированная часть выглядит вполне симпатично. Но чтобы стать мощным центром киноиндустрии, как «Мосфильм», – нужен лидер, хозяйственник, который увлечется идеей восстановления и продвижения киностудии. Более того, который отнесется с глубоким уважением к кинематографическому прошлому и не выкинет стариков на улицу. Ведь на «Ленфильме» даже вахтер – это творческая личность.

Досье

Владислав Фурманов. Представитель одной из самых известных актерских династий в Петербурге. Его отец Рудольф Фурманов – народный артист, режиссер, основал и руководил театром «Русская антреприза» имени Андрея Миронова. Жена Нелли Попова – актриса театра и кино, их сын Алексей Фурманов – актер БДТ им. Г. А. Товстоногова.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5


Самое интересное в регионах