В Петербурге около 80% частных стоматологических клиник работают вне правового поля. Такие выводы можно сделать из исследования, опубликованного на днях экспертами Общественной потребительской инициативы. Представители этой организации изучили материалы ФНС, Росздравнадзора, системы маркировки лекарств и забили тревогу.
По их данным, Северная столица входит в первую тройку городов России, где услуги в этой сфере могут оказываться без лицензий, а качество оборудования, препаратов и материалов вызывает вопросы. Но так ли это на самом деле? Чтобы разобраться в проблеме и обсудить «здоровье в серой зоне», spb.aif.ru в рамках экспертного клуба пригласил специалистов.
«Доктор на час»
«Сегодня медицинская организация не может работать без лицензии, — подчеркнул главный внештатный стоматолог Петербурга Андрей Яременко. — Во-первых, это уголовно наказуемо, а во-вторых, для неё самой такой шаг создаёт немало ограничений. Она не может заявить о себе в СМИ, дать рекламу, её могут оштрафовать и даже приостановить деятельность».
«Работа без лицензии экономически неинтересна, — поддержал коллегу главный врач СПб ГБУЗ „Стоматологическая поликлиника 9“ Александр Рубежов. — В 1970–1980-е годы, когда было сложно открыть частные клиники, возможно, и происходили такие случаи, но сейчас всё четко прописано и юридически отрегулировано. Да, случаются злоупотребления, но оставаться без лицензии сегодня нереально. Мне, например, такие факты неизвестны. И государственная, и частная стоматологии работают в городе на законных основаниях, и им можно полностью доверять».
Тем не менее ни для кого не секрет, что существует так называемая «серая аренда», которая является реальной проблемой для стоматологического рынка Петербурга. Суть в том, что легальная клиника или врач с лицензией сдают помещение коллегам, не имеющим соответствующих «разрешительных» документов. Достаточно открыть интернет, чтобы посыпались объявления: «Сдаю кабинет возле метро, хорошая проходимость. В сутки — 7 тыс. руб.». Формально нормы соблюдены, но на самом деле нарушается закон.
«Проблема острая, и она уже не раз обсуждалась внутри сообщества, — отметил Александр Рубежов. — Доктор приходит в клинику и платит аренду за кресло в день. Средства, как правило, он просто передаёт владельцу медучреждения. Но с этим надо бороться. Было бы правильно, если бы на законодательном уровне создали механизм, который смог исключить такую возможность. Потому что подобная практика недопустима. При этом если что-то случится — ответственность за качество помощи, безопасность услуг, причинённый вред здоровью полностью лежит на хозяевах помещения».
Кабинет — «на кухне»
Более того, есть и кабинеты, что называется, «на кухне». Почему люди выбирают для лечения такие места? Основная мотивация — дешевле.
«Срабатывает сарафанное радио: кому-то посоветовал сосед, друг, к тому же стоимость значительно ниже, — раскрыла „секрет“ исполнительный директор стоматологической клиники Анастасия Козаева. — Почему-то посетители забывают, что ответственность за результат во многом лежит и на них самих».
Специалист привела в пример результаты опроса, который недавно проводился среди пациентов. Вопрос стоял так: «Кто ответственен за ваше лечение?» Предлагалось три варианта ответа. «Я, как пациент; клиника и доктор или совместная ответственность». Большинство ответили: «доктор и клиника». «Но граждане тоже отвечают за своё лечение, и это надо доходчиво разъяснять. В том числе через СМИ, — уверена Анастасия Козаева. — К сожалению, сейчас такая работа ведётся слабо».
По мнению эксперта, «нужно думать и о санитарных нормах. Мы не знаем, как доктор в арендованном на час кабинете стерилизовал инструменты, и успел ли он это сделать? Какое там установлено оборудование и т. д. Контроля нет, в отличие от крупной клиники, где есть администрация, младший и средний медицинский персонал».
В такой ситуации нередки врачебные ошибки, что может вылиться в судебные разбирательства. Конкретный случай из практики описала юрист Анна Царёва. Мужчина пришёл в клинику, чтобы сделать имплантацию, однако врач, который его лечил, даже не был трудоустроен. Пациенту не дали договор, не завели медкарту, доктор с ним общался через СМС. Сказали, что всё заполним, но — потом. Однако затем доктор допустил ошибку, которую так и не удалось доказать в суде из-за отсутствия документов.
«Мы даже пытались изъять из полости рта импланты, чтобы узнать серийный номер и проследить, кто заказчик, но суд не пошёл нам навстречу, — рассказала правозащитник. — Что ещё раз подтверждает: пациент в такой клинике рискует всем. Поэтому он должен не только убедиться, что у клиники есть лицензия, но и что его лечащий врач там работает. Это называется — проявить осмотрительность. Все данные должны быть на официальном сайте организации. Если их нет — это нарушение». Юрист обнародовала и другой случай, связанный с имплантацией. Ситуация была сложной, но благодаря тому, что имелись договор, чек, снимки и слепки, установлен врач, дело удалось выиграть.
«Некоторые пациенты кривят душой и вступают в прямой сговор с лечащим врачом, — заострил тему Андрей Яременко. — Не оформляются медицинские документы, договор об оказании платных услуг. В итоге цена снижается в среднем на 40%. Но эта экономия может дорого стоить и закончиться печально. Судебная практика здесь разнообразна».
«Пациент имеет полное право задавать доктору разные вопросы, касающиеся манипуляций, — подтвердил Александр Рубежов. — Где он учился, какая квалификация, какой материал использует при лечении зубов и т. д. Если ответов нет, значит, надо насторожиться, стоит ли получать услуги в такой клинике и у такого специалиста».
Кто отвечает за лечение?
«Когда мы видим, как в подземном переходе человек продаёт айфон, сразу понимаем — есть опасность купить вещь сомнительного качества, — провела аналогию руководитель практики частных клиентов юридической компании Алина Лактионова. — Почему же, когда речь идёт о нашем здоровье, действуем наоборот? Пациент может не вникать во все нюансы медицинской документации, но если он приходит и не подписывает ни одной бумаги, в том числе когда требуется анестезия, он должен понимать, что несёт ответственность фактически наравне с врачом».
Затронула эксперт и популярную схему работы врачей и пациентов — оплату наличными. Для медика это хороший способ заработать, а для клиента — возможность получить солидную скидку. Но есть и подводные камни.
«Допустим, 30 тыс. пациент перевёл врачу на карту, а 250 тыс. отдал наличкой. Но если что-то пойдёт не так, и пациент отправится в суд, то в лучшем случае сможет вернуть 30 тыс. и скромную сумму за моральный вред. Без документов, чека доказать оплату проблематично», — пояснила Алина Лактионова.
Ещё один острый вопрос — нормативно-правовая база для медицинских организаций. По мнению участников экспертного клуба «АиФ», «сегодня они работают в сложных экономических условиях: постоянно увеличиваются расходы, однако «сверху» документы «спускаются», в основном, «ограничивающие и запретительные». Всё это порой вынуждает изобретать различные схемы. «Недавно мы проводили проверку в клинике, которая имела 8 ИП, — рассказал один из специалистов. — Всё законно, но какое ИП оказывало какую помощь — понять невозможно. Почти месяц разбирались, кто что делает и где произошёл сбой. Такая система — не от хорошей жизни. А если появятся соответствующие законы, люди выйдут из серой зоны и станут спокойно и достойно работать».
«В целом Петербург по качеству стоматологических услуг — один из лучших в стране, — подытожил Андрей Яременко. — В городе свыше 2 тыс. клиник. Уровень государственных во многом превышает оснащение средних частных. Установлено новое оборудование, компьютерные томографы — причём КТ можно сделать в центре рентгенологии за счёт ОМС, современные средства диагностики. Частные — разные. Есть небольшие кабинеты и огромные, в четыре этажа здания, с лечением под общим наркозом, где используются тяжёлые хирургические технологии. Поэтому каждый может получить те услуги и лечение, которые ему необходимы. И если возникнут сложности, каждый случай будет проанализирован, а пациентам оказана всесторонняя помощь».
