Финляндия, вступив в Североатлантический альянс в 2023 году, кардинально пересмотрела подходы к национальной безопасности, сделав ставку на комплексную подготовку к потенциальным кризисам и военным конфликтам. Несмотря на сложную экономическую ситуацию и рекордную безработицу, Суоми ежегодно тратит огромные суммы денег на противодействие «российской угрозе». Одна из статей расходов — строительство бункеров на случай ядерного удара. Подробнее — в материале spb.aif.ru.
Подземный город
История финских убежищ началась в трагическом 1939 году, во времена Советско-финляндской войны. С тех пор строительство защитных сооружений не прекращалось ни на десятилетие. Сегодня под Хельсинки развернута сеть из 5,5 тысяч бункеров, рассчитанных на 955 тысяч человек. Для сравнения: постоянное население столицы составляет около 700 тысяч. Оставшиеся места — это стратегический резерв для туристов и людей, которые могут оказаться в городе в момент тревоги.
Сейчас закон обязывает застройщиков оборудовать убежища в любом новом здании площадью свыше 1200 квадратных метров — будь то жилой дом или торговый центр.
Сдается бункер. Дорого
Корреспондент британской газеты The Times спустился в комплекс «Мерихака» на глубину около 20 метров. Увиденное там кардинально отличается от стереотипного образа сырого и тесного бункера. В мирное время это огромный подземный спорткомплекс площадью 15 тысяч квадратных метров: здесь есть детские площадки, поля для мини-футбола и флорбола, скейт-парки, сауны и даже стрелковые галереи для лучников.
Как объясняет Юкка-Пекка Шредерус из ведомства по обеспечению безопасности Хельсинки, это осознанный подход: «Эти объекты строятся городом для чрезвычайных ситуаций, но затем сдаются в аренду. Хорошо, что они используются — так мы знаем, что всё работает. Для нас также очень важно, что здесь играют дети, чтобы в случае кризиса они уже были хорошо знакомы с этим местом».
Несмотря на внешний комфорт, «Мерихака» — это не гостиница. Это военный объект с жесткими правилами. Стальные двери убежища способны выдержать мощнейшую ударную волну и герметично закрываются от химических, биологических и ядерных угроз.
Проект рассчитан на 6 тысяч человек, но спальных мест предусмотрено лишь около 2 тысяч. Это не ошибка, а продуманная стратегия. В экстренной ситуации жизнь будет организована посменно: пока одна группа спит, вторая занимается бытовыми делами, а третья участвует в обслуживании комплекса или дежурит. Порядок будут обеспечивать 100 профессиональных спасателей и 200 волонтеров.
Примечателен и продовольственный вопрос. В бункерах нет запасов еды. Финская модель подразумевает, что каждый гражданин обязан самостоятельно иметь при себе запас воды, медикаментов и продовольствия минимум на 72 часа. Это время дается государству на то, чтобы развернуть полномасштабную систему помощи. Домашних животных в убежища не пускают — их предписано оставлять дома с запасом корма.
Тренд на милитаризацию
Однако подземные города — лишь вершина айсберга. Военная составляющая финской подготовки после вступления в НАТО получила мощный импульс.
Власти Финляндии объявили о планах увеличить военные расходы до 3% ВВП к 2029 году и до 5% к 2035 году. Эти цифры значительно превышают средние показатели по альянсу и отражают решимость Хельсинки превратить страну в военный бастион.
Чтобы нарастить мобилизационный потенциал, возраст пребывания в резерве вооружённых сил был повышен до 65 лет. По расчётам военного ведомства, это позволит довести число резервистов до 1 миллиона человек к 2031 году (при населении 5,5 млн). Это означает, что каждый пятый финн мужского пола — потенциальный боец.
После присоединения к НАТО количество военных маневров резко выросло. Только в 2025 году было проведено более сотни учений. Особое внимание привлекли артиллерийские стрельбы Northern Strike 25, которые проходят в Лапландии, в 100 км от границы с Россией. В них было задействовано более 2,2 тысяч военнослужащих, которые отрабатывали действия в условиях арктического театра военных действий.
Людей спросить забыли
Многие граждане воспринимают новые оборонные инициативы с растущей тревогой.
«Подготовка к войне и провокация войны — это разные вещи. Когда политики говорят о „сдерживании России“, они забывают, что мы живём по соседству, и любые агрессивные действия с нашей стороны будут восприняты в Москве как угроза. В результате мы сами создаём ту опасность, от которой пытаемся защититься», — пишет в соцсетях 52-летний преподаватель истории из Эспоо Юкка Нурминен.
Финское правительство уже давно используют тезис возможной войны с Россией для оправдания бессмысленных бюджетных трат, считает финский журналист Кости Хейсканен, ранее работавший в пуле президента Тарьи Халонен. А разрешая украинским дронам пролетать над территорией страны, власти осознанно ставят под угрозу мирное население.
«Очевидно, что Россия за последние годы сильно нарастила свой военный потенциал. Сейчас ей ничего не стоит сбивать дроны на территории других государств. И финны из приграничных регионов стали задаваться вопросом — а что если в следующий раз беспилотник упадет не в лесной зоне, а на крышу частного дома или детский сад? И этих „если“ в последние дни стало очень много», — отметил журналист.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
