Две деревни и посёлок под Петербургом полностью избавлены от любителей запрещенных веществ. О том, что им здесь официально не рады, наркодилерам и их клиентам объяснили крепкие мужики, которых организовал в патрули местный житель Виталий Ганнущенко.
Сейчас он — блогер, известный в интернете как русский Айсмен, и пропагандирующий здоровый образ жизни, спорт и прогулки с голым торсом на морозе. Но еще недавно Ганнущенко был хорошо известен в тех самых кругах, которые в 90-е романтически называли «бандитским Петербургом» — несколько отсидок, федеральный розыск, и неформальная должность «смотрящего» в легендарных «Крестах». Так что, силу к наркодилерам применять не пришлось — хватило доброго слова и авторитета.
Как бывший питерский бандит стал сторонником здорового образа жизни, и можно ли его метод борьбы с наркоманией применить в других местах — разбирался spb.aif.ru.
Драки в Грозном
«Я много раз был на волоске от смерти. В ноге — пулевое ранение. Рука была разрублена в хлам тремя ударами топора — хотели голову отрубить», — рассказывает сам Ганнущенко.
Он родился 25 мая 1967 года в Ленинграде в интеллигентной семье. Отец трудился в нефтегазовой отрасли инженером, мама работала библиотекарем, зато дед был офицером КГБ. В 1977 родители отправились в зарубежную командировку, а Виталия взяли к себе дедушка и бабушка, жившие тогда в Грозном. И для подростка из Ленинграда это оказалось суровым испытанием.
«Драться приходилось часто, почти со всеми сверстниками и по любому поводу, но наши выяснения отношений на кулаках не имели никакой национальной подоплеки. Однажды даже пришлось драться за часто употребляемое мной слово „весьма“, которое не нравилось некоторым одноклассникам», — вспоминает Ганнущенко.
Зато эти навыки вскоре пригодились после возвращения в город на Неве. Он занялся спортом, окончил школу, а когда отслужил в армии, с головой окунулся в те возможности, которые предоставила людям его склада характера начавшаяся перестройка.
«Старая жизнь рухнула. Новая — совершенно непонятно, как, куда идти. До армии хотел поступать в театральный, но на тот момент это уже стало неактуальным. Вокруг кипела многообещающая „новая“ жизнь, и мои сверстники, упакованные в „фирму“, уже раскатывали по городу на собственных „тачках“ И меня потянуло в криминал. Все мои друзья были спортсмены, бандиты, преступники. Мы начали играть в напёрстки на Некрасовском рынке. Ездили на стрелки и разборки», — говорит Ганнущенко.
По прозвищу Буржуй
В 1990-м году он получает свой первый срок за вымогательство. Приговор был чуть больше шести лет, и когда через четыре года Ганнущенко перевели в колонию-поселение, он сбежал. И около 4 лет скрывался на Украине, в Белоруссии и в Германии. Вернулся в Россию в 1998 году и тут же был арестован при попытке ограбления банка в Москве. После новой отсидки — всё те же криминальные операции, умение найти и «выдоить» коммерсанта и авторитет среди братвы, где его знали под прозвищем Буржуй.
Всё поменялось в 2005 году, когда Ганнущенко вновь оказался за решёткой — на этот раз в легендарных «Крестах», где он стал «смотрящим» первого корпуса. Виталия подозревали в разбойном нападении, которое закончилось убийством, — и ему светило пожизненное. Но, как уверяет сам Виталий, в этом преступлении он как раз виновен не был. Перспектива лишиться свободы навсегда за чужое деяние так «пробрала» матёрого арестанта, что он в какой-то момент дал слово самому себе — если выйдет на свободу, то завяжет с криминалом. Через полтора года реальные виновники нападения были задержаны, а Буржуй оказался на свободе — и выполнил данное самому себе слово.
Он нашёл должность в коммерческой фирме, неплохо зарабатывал, и, как сам признаётся, в физическом смысле себя запустил.
«Разъелся до 104 кг. Болезни тяжелейшие, гипертония, диабет, ампутирована часть лёгкого. Когда мне было 50, врачи сказали: «Всё, приводите дела в порядок. Вам уже немного осталось», — говорит Ганнущенко.
Бывший бандит сумел взять себя в руки — на Колтушских высотах с ним случилось некое откровение, которое сам он называет чудом. С того момента и появился тот самый Айсмен. Основой возвращения к жизни стали холодовые практики — в частности, купание в крещенской иордани и пробежки в минусовую температуру в одних шортах и летних кроссовках. Сейчас у него в запасе несколько достойных книги рекордов Гиннесса рекордов и уважение окружающих за подчёркнуто-доброжелательный характер и образ жизни.
«Мы их успокаивали»
Но некоторые навыки из прошлого у авторитета остались. Поэтому когда в деревне Суоранда, где он сейчас живёт, начали появляться «закладчики», меры он принял быстрые.
Две деревни и посёлок — Суоранда, Хирвости и Янино-2 — образуют своего рода агломерацию в Заневском поселении, недалеко — Янино-1 (фактически спальный микрорайон Петербурга), откуда постепенно в сельскую местность и мигрировали любители запрещённых веществ. Для борьбы с ними Ганнущенко организовал добровольную дружину — человек 20. Каждый день отправлялись в патрули одной-двумя группами. Пешком обходили все три деревни.
«Мы двигались в рамках закона, естественно. Некоторые пытались агрессивно реагировать, но мы их успокаивали. Каких-то побоищ не было. В основном старались действовать словом. Моя задача была просто очистить улицы, создать наркоманам и закладчикам неприемлемые условия. Для этого в основном и дежурили. Спустя некоторое время знали, какие закладчики к нам приезжают, на каких машинах. Подходили к таким: „Не надо здесь орудовать, будем бить вас“. Сам лично встречался, объяснял, что на нашей территории этого делать не нужно», — рассказал он о методах убеждения 47 news.
Аргументы были убедительные. Наркодилеры и их клиенты с улиц исчезли. Правда сам Ганнущенко вполне трезво оценивает свои достижения.
«Не думаю, что наши действия как-то повлияли на ситуацию, например, в Кудрово. Окончательно победить наркотики не получится — из одной точки они просто перемещаются в другую», — констатирует он.
И действительно — каким бы авторитетным человеком он не был некогда в бандитском Петербурге, сколько бы грамотно ни проводил беседы с наркопотребителями, победить налаженную машину наркоторговли может только государственная машина. А не добровольная дружина из крепких мужиков, готовых защищать улицы родного посёлка.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
