В последние месяцы Северо-Запад словно живёт в режиме волчьих новостей. То стаи хищников и растерзанные ими собаки у садоводств, то душераздирающая история спасения измождённого зверя, то странные известия якобы о гибели почти двух тысяч северных оленей и разговоры о наводнивших Финляндию «русских волках»... Действительно ли численность хищников растёт до критических отметок, или мы имеем дело с эмоциональной реакцией на отдельные эпизоды?
Ты — чей-то ужин
В январе садоводческие массивы на юге Ленобласти оказались фактически в осаде. В СНТ «Мшинская» в Лужском районе волков видели поодиночке и группами. Местные после наступления темноты вовсе стараются не выходить из домов.
«У нас ночью отключат свет, выйдешь запустить генератор — и опа, ты уже чей-то ужин», — говорит житель одного из садоводств Дмитрий.
«Рядом заповедник, лес, вот они и выходят за лёгкой наживой, на людей вроде не нападали, но собак регулярно грызут. На камеру у меня трое попались. Егеря пытаются их поймать, знают тропы, ставят ловушки, но пока безрезультатно», — делится другой.
Специалисты объясняют: зима, сокращение кормовой базы и близость особо охраняемых территорий подталкивают волков ближе к населённым пунктам. И домашняя собака, особенно на самовыгуле, для стаи более лёгкая добыча, чем лось или кабан.
Попросил помощи
Другой по настроению стала история из Тихвина. В конце января на окраине города появился измождённый волк. Очевидцы рассказывали, что он «будто просил помощи». За отстрел охотникам полагалась премия, и неравнодушные тихвинцы спрятали беспомощное животное в сарае. Когда об этом узнали волонтёры, они увезли его от греха подальше. Ему даже не потребовался наркоз.
«Когда мы приехали, он лежал в сене, обессилен и просто поднял голову, чтобы посмотреть, кто пришёл за ним. Как будто уже смирился», — вспоминает руководитель службы спасения животных СК «Легион» Александр Цинкевич.
У волка оказался саркоптоз — паразитарное заболевание, нередко поражающее диких животных. Сейчас его лечат в центре «Велес» — он сильно истощён, но ест хорошо. По словам Цинкевича, после восстановления зверя планируют вернуть в дикую природу. В центре подчеркнули, что за 19 лет работы это первый взрослый волк, попавший к ним на реабилитацию.
Параллельно на фоне этих событий в Финляндии заговорили о «критической» численности волков. По данным Ассоциации оленеводов Финляндии, за 2025-й хищники задрали порядка 1950 северных оленей — почти на 70% больше, чем годом ранее. При этом в финских медиа звучит версия, что часть волков приходит из России, преодолевая по 1200 километров. А популяция растёт из-за падения числа охотников. Прямых доказательств «русского следа» финны не приводят, но активно подсчитывают убытки.
Согласно данным российских учёных, волкам свойственна большая территориальная подвижность, но перемещения определяются кормовой базой и условиями обитания. И их участившиеся выходы к людям могут быть связаны не столько с «взрывным» увеличением численности, сколько с изменением ландшафта, хозяйственной деятельности и климатическими колебаниями.
Мнение эксперта
Биолог Павел Глазков:
«Ситуация с волками в Ленобласти повторяется ежегодно и не является чем-то необычным. Особенно это проявляется в многоснежные и холодные зимы, как нынешняя. Причина проста: добывать пропитание становится слишком энергозатратно. В посёлках же для волков есть лёгкая добыча — в первую очередь домашние кошки и собаки. Прямой опасности для человека волки практически не представляют. Нападений на взрослых людей не зафиксировано — волк по природе боится человека. Этот страх поддерживается благодаря охоте. Охота нужна не только для регулирования численности, но и чтобы звери ассоциировали человека с опасностью и избегали населённых пунктов. В труднодоступных регионах Сибири популяции регулируются естественным образом, но в густонаселённой Ленобласти, где люди постоянно бывают в лесу, строят дачи и ходят за грибами, регулировать численность животных обязаны мы сами».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
