66

Трудно быть Алексеем Германом

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 33 15/08/2001

Добрая еврейская корова

"Леонид, тебе надо лежать лицом в сметане", - это предложение, адресованное Германом исполнителю главной роли Леониду Ярмольнику, я услышала, едва ступив в павильон. "Плохо выглядишь, Леня, мешки под глазами", - пояснил мастер. "Алексей Юрьевич, да я спал хорошо, и один", - оправдывается Ярмольник. Дальнейшие переговоры ускользнули от моего внимания, потому что сосредоточиться пришлось на другом - вляпалась в жидкую грязь. Наверное, в средневековом замке, где разворачивается действие фильма, и должно быть не очень-то стерильно. Художники построили замечательно реалистическую декорацию - низкие серые своды, по стенам капает вода - из грелок, закрепленных под потолком, и целой системы каких-то катетеров, трубочек и капельниц. На балках - птичьи гнезда, ассистент проносит в руках голубей. В павильон вводят корову в светлой с кружевами попоне, ее рога украшены золотым шнуром. Да и сама "актриса" в гриме - морда и шея покрашены белой краской. Видно, что корова в замке - почитаемое животное. Впрочем, и на площадке. Когда пиротехники раздувают едкий искусственный дым, что животному явно не по вкусу, сердобольный Алексей Юрьевич откликается: "Ребята, не нервируйте корову. Как, кстати, ее зовут?" - "Фаня". - "Ах ты, добрая старая еврейская корова:"

Тем временем "добрая корова", непринужденно задрав хвост, мощно орошает съемочную площадку. Ассистенты бросаются хоть немного прибрать лужу, но режиссер останавливает их милой шуткой: "Актеры, когда они в говне, лучше играют. У меня в свое время был лучший день на съемках, когда оператор провалился по грудь".

Эпизод как спектакль

...Да, условия в павильоне непростые, тем не менее Алексей Юрьевич вновь и вновь репетирует один и тот же эпизод: на переднем плане - корова, ее погонщик хлопает руками, ловя комара, за ними солдат тащит куда-то извивающегося и орущего мальчишку, на заднем плане герой Ярмольника дон Румата пьет молоко, а смотрящий на него умоляющими глазами воин произносит: "Благородный дон, я весь воняю, я умру?" Крошечный эпизод превращается Германом в целый спектакль с большим числом действующих лиц. Поэтому и репетируют с ювелирной тщательностью - каждый должен пройти, промелькнуть, махнуть рукой, взглянуть, сказать реплику абсолютно точно. "Это фальшиво" - один из наиболее часто повторяющихся упреков мастера. Кстати сказать, в этот день эпизод так и не сняли.

Шекспир?!

На площадке в основном непрофессиональные актеры. И, мягко говоря, необычной внешности: карлики, горбатые, хромые, с непропорциональными фигурами, перекошенными лицами. Да еще гримеры постарались - исполнители в страшных струпьях, с неровно выстриженными головами. "Это ведь средневековье, люди тогда мало мылись, вот и кожные болезни, - поясняет гример. - Экзему эту легко делать - берется тесто с водичкой, приклеивается и красится гримом. Главный герой дон Румата - единственный человек, который моется. Сегодня, как сказал Герман, он должен быть красивым, на крупном плане будет читать стихи, мы Ярмольнику только прыщик на носу сделали и небольшую экземку."

Дон Румата - по задумке режиссера - должен прочесть местному средневековому поэту: монолог Гамлета "Быть или не быть". Ярмольник предлагает заменить Шекспира стихами Пастернака. Вопрос еще нерешенный, зато ответ местного поэта известен: "Говно. Но не расстраивайся, я могу тебя учить. Но за монету!"

Поэта играет Петр Меркурьев - старинный друг Германа, профессор Московской консерватории, сын Василия Меркурьева и внук Мейерхольда. Игрой Ярмольника Герман доволен, а с Меркурьевым работает особо: "Петька, у тебя должны быть очень точные движения". - "Алексей, а будут ли видны мои рахманиновские пальцы?" - "Неужели у Рахманинова были такие пальцы?" - хмыкает Герман. Над тем, чтобы текст был произнесен "не фальшиво", без наигрыша, бьются особо. Герман иронизирует: "Так наигрывал только Рахманинов".

Опыты с Ярмольником

...Как подметили ленфильмовцы, когда более двух лет назад Ярмольник начал сниматься у Германа, он выглядел совершенно другим человеком, эдакой "московской штучкой". Теперь посерьезнел, погрустнел, стал задумчивым.

"Просто ритм жизни другой, - поясняет Леонид. - Не я изменился, а среда, в которую погружен. Вот и адаптируюсь.

Герман, мягко говоря, личность загадочная, не вполне адекватная нашим привычкам в восприятии людей, он оригинален, он "другой". И снимает "другое" кино. Есть кино "вообще", такого 95 процентов. В нем не чувствуется ни художественных принципов, ни происхождения, ни вероисповедания режиссера. А у Германа кино особое - ни с кем не спутаешь. Нет второго такого режиссера, который так боится съемки, так переживает каждый кадр, не потому что трусливый, а потому что каждый раз он и для себя что-то открывает, это почти химические опыты. Кино Германа остается лабораторией, экспериментом".

Даже богу трудно сказать

...Сколько еще продолжится работа над картиной, одному богу известно. И то, наверное, трудно с точными сроками. Ну а пока Европу продолжает завоевывать кино Германа. Сейчас в Париже проходит Неделя фильмов Алексея Германа. "Не думаю, что там уж все так толпятся, но все-таки в двух залах, - комментирует режиссер. - А еще наши с Сокуровым картины вошли в список пятидесяти лучших лент за пятьдесят лет. Больше от России никого".

Смотрите также:

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5


Самое интересное в регионах