Примерное время чтения: 7 минут
16

Закрученный сюжет шамана. Как чукча стал классиком мировой литературы

Еженедельник «Аргументы и Факты» № 32. Аргументы и факты - Петербург 12/08/2026 Сюжет Будущее – в единстве
На языке чукчей Рытхэу значит нечто вроде «забытый, неизвестный, оставленный».
На языке чукчей Рытхэу значит нечто вроде «забытый, неизвестный, оставленный». Музейный центр «Наследие Чукотки».

Юрия Сергеевича Рытхэу считают самым известным чукчей нашей страны, да и всего мира. Выходец из маленького поселения вблизи Уэлена на берегу Берингова пролива, он стал настоящим классиком мировой литературы.

Тем удивительнее, что из его биографии мы точно знаем только дату смерти и место захоронения, а вот обстоятельства рождения, жизнь в ранние годы и даже семейные корни Рытхэу до сих пор малоизвестны. Кем был этот удивительный человек, называвший себя внуком самого известного в Советском Союзе шамана?

Неизвестный из яранги

Начать надо с того, что, разумеется, никакой он не Юрий Сергеевич — у чукчей не было отчеств и фамилий. Поэтому когда чукотскому юноше понадобился паспорт, он попросил разрешения у знакомого метеоролога позаимствовать его имя и отчество. Тот рассмеялся, но согласился.

Непонятен возраст Рытхэу. Как он признавался сам, дата 8 марта 1931-го взята, что называется, с потолка. Просто для того же паспорта нужно было назвать какое-то число и месяц, а широко празднующееся 8 марта показалось ему красивым. К году же Рытхэу подошёл утилитарно, и на склоне лет сам признавался, что проставил нужные цифры в комсомольском билете — единственном документе, который к моменту получения паспорта был у него на руках.

Загадочно и происхождение Рытхэу. Начиная с имени — на языке чукчей это слово звучит, скорее, как Рытгэв, и значит в переводе нечто вроде «забытый, неизвестный, оставленный». Так себе имечко для маленького ребёнка, рождённого в приполярной яранге. Но, видимо, оно отражало действительность — во всяком случае из семьи он постарался уехать как можно раньше.

Зато Рытхэу очень ценил деда. В советское время он боялся признаться, что тот был шаманом, зато после перестройки уже не стеснялся.

«Великий шаман Уэлена Млеткин — уникальный, удивительный человек. В юности проплававший несколько лет на американских китобойных шхунах, побывавший живым экспонатом на знаменитой Этнографической выставке в Чикаго, умевший читать и писать по-русски и по-английски, он выделялся своими способностями настолько, что ездил в Москву к всесоюзному старосте Калинину: просил оставить чукчей в покое и избавить их от советской власти… Именно дед настоял, чтобы имя мне было дано исконно чукотское и знаковое. Оно звучало как Рытхэу, что значит Неизвестный, и сделать его известным полагалось мне на протяжении своей жизни», — так писал Рытхэу.

Известность к нему пришла в Ленинграде. Юрий поступил на филологический факультет ЛГУ.

«Ленинград — это моя вторая родина, место, где я стал писателем. Если бы не этот город, его улицы, его набережные, его воздух — я бы, наверное, так и остался автором очерков в окружной газете», признавался писатель. И расширял свою мысль: «Ленинград в моей жизни — это как университетская скамья для взрослого человека. Я сел на неё юношей с метрикой из яранги, а встал с неё писателем».

Разговор с духами

Удивительный феномен восприятия — чтобы описать Чукотку, ему нужно было физически находиться на берегах Невы. Дистанция в шесть тыс. км работала как увеличитель. При этом отказываться от корней Рытхэу не собирался.

«Юра выделялся тем, что принципиально не носил европейской одежды. Помню, как на спор он в трескучий мороз вышел на улицу в лёгкой кухлянке и торбасах. Мы затащили его обратно, боясь, что он закоченеет, а он смеялся и говорил, что на Чукотке такой мороз зовут «оттепелью». Именно там, в общежитии, он впервые начал рассказывать свои легенды, и мы поняли, что перед нами готовый писатель, а не просто студент», — вспоминал один из его сокурсников.

Ленинград дал Рытхэу не только образование, но и крышу над головой. Его квартира стала своеобразным литературным салоном для «шестидесятников», интересующихся Севером. Здесь бывали улетающие в экспедиции геологи, капитаны ледоколов и молодые поэты. Именно в Ленинграде он начал работать над переводами на чукотский произведений Пушкина, но главное — нашёл метод «художественного перевода» собственного мироощущения на язык мировой культуры. Сам Рытхэу иногда иронизировал над своей связью с городом, но всегда подчёркивал параллелизм между «петербургским духом» и чукотским шаманизмом.

«Петербург — город призраков, великих теней. Мы на Чукотке тоже привыкли разговаривать с духами предков. Может быть, поэтому я чувствовал себя здесь естественно. Меня часто спрашивали, тоскую ли я по тундре? Я отвечал: я ношу тундру в себе, а Ленинград — это мой стол, за которым я эту тундру описываю».

Писатель и власть

После сборников рассказов начинают выходить романы, в 1973 году появляется первая экранизация. Талантливый чукотский юноша пришёлся, что называется, ко двору, ведь он как нельзя лучше иллюстрировал своей биографией те новые возможности, что были открыты для малых народов в Стране Советов. Иностранные языки давались Рытхэу легко, и после того как писатель выучил английский, ему разрешили выезд за границу — он читал лекции в зарубежных университетах, работал в ЮНЕСКО, перезнакомился со всеми мировыми знаменитостями. Разумеется, это накладывало на него и определённые обязательства. Постепенно родившийся в яранге юноша начал превращаться в видного партийного функционера от культуры.

Вот тогда пригодилось умение Рытхэу мастерски менять маски. Например, возникла байка, что писатель, как и представители многих народов Севера, не особенно устойчив к алкоголю. От рюмки Юрий Сергеевич, действительно, не отказывался, но запойным пьяницей не был. А о том, как и ради чего появилась эта легенда, уже в наши дни рассказал председатель Союза писателей Санкт-Петербурга Валерий Попов.

«Рытхэу — это ведь миф. Он блистательно выстроил свою судьбу. Из него вышел удачливый, преуспевающий писатель, и не сволочь. Он ни на кого в своей жизни не настучал. Правда, это не только его заслуга. У Рытхэу был хороший тыл — его жена Галя. Когда Рытхэу разыскивали люди из Ленинградского обкома партии — а разыскивали для того, чтобы Юра кого-то публично заклеймил, — Галя всем отвечала, что мужа вчера споили в издательстве или в писательской организации, и у него нет сил даже опохмелиться, и поэтому вряд ли в течение всей недели он будет в состоянии взять телефонную трубку».

«Чукотский Маркес»

После распада СССР в новых постсоветских странах Юрия Рытхэу перестали печатать. Оказавшись в затруднительном положении, писатель через Чингиза Айтматова познакомился с немецким книгоиздателем Люсьеном Лайтисом, который заключил с писателем контракт на издание его произведений на немецком языке и стал его литературным агентом. В Европе 90-х был колоссальный запрос на этническую литературу, экологическое мышление. Произведения Рытхэу стали выходить во многих странах мира: Франции, Финляндии, Нидерландах, Италии, Германии, Испании, Японии... В ФРГ Рытхэу воспринимали как «чукотского Маркеса». Тираж немецкоязычных книг только одного издательства достигал четверти млн экземпляров.

А сам Рытхэу всё больше и больше говорил про те проблемы, которые принесли России и его родной Чукотке новые капиталистические времена. «Деньги, нефть, золото — это всё пыль. Народ, теряющий сказки, умирает быстрее, чем от голода. Моя задача сейчас — не написать роман, а успеть записать хоть несколько легенд, пока не ушёл последний старик, помнящий голоса духов», — признался он в одном из своих последних интервью.

Внук чукотского шамана ушёл из жизни 14 мая 2008-го. Похоронен на кладбище в посёлке Комарово рядом с могилой жены, ушедшей на несколько лет раньше. Город на Неве дал ему право голоса в мировой литературе. И пока стоит этот город, будет жить и слово Юрия Рытхэу — суровое, как морозный воздух Берингова пролива, и изящное, как классическая архитектура Северной Пальмиры.

Прямая речь: Две души Рытхэу
«Русский язык дал мне и моему народу окно в большой мир. Чукотский язык невероятно богат для описания охоты, льдов, повадок зверя, но в нём не было понятий, которыми оперирует современная философия. Русский язык не обеднил мою чукотскую душу, он дал ей крылья. Я мыслю образами тундры, но строю фразу по законам Пушкина и Толстого». «Когда я говорю с духами предков, я чукча. Когда я пишу, я русский писатель. Но это не раздвоение личности. Это удвоение силы. У меня две души, и обе говорят на разных языках. И только вместе они создают то, что называют прозой Рытхэу».

Оцените материал
Оставить комментарий (0)
Подписывайтесь на АиФ в  max MAX

Топ 5

Самое интересное в регионах