Не первый год независимые эксперты говорят о кадровом голоде в бьюти-индустрии. В салонах жалуются на нехватку специалистов и на то, что молодые выпускники колледжей «боятся живых людей». Но парадокс — согласно официальной статистике Комитета по труду и занятости Петербурга, спроса на парикмахеров и мастеров маникюра в городе почти нет. Тенденцию объясняют просто: рынок труда бьюти-индустрии в значительной части находится в тени.
Можно ли стимулировать выпускников работать официально? И чего не хватает молодым работникам красивого бизнеса? Эти и другие вопросы эксперты обсудили на круглом столе в пресс-центре spb.aif.ru.
Двадцать человек на весь город
Открыла дискуссию первый заместитель председателя Комитета по труду и занятости населения Санкт-Петербурга Татьяна Морозкова. Она сразу обозначила рамку, в которой работает ведомство: все анализы рынка труда госорганы строят на данных портала «Работа России», где работодатели обязаны публиковать все вакансии. «Это не желание, не „хочу — не хочу“, а обязанность», — подчеркнула Морозкова.
Но именно эта обязанность и создаёт зазор между официальной картиной и реальной. На «Работе России» (Единая цифровая платформа в сфере занятости и трудовых отношений — государственная информационная система, созданная Федеральной службой по труду и занятости (Роструд). — Ред.) салоны красоты почти не размещают вакансии косметологов, парикмахеров, стилистов, мастеров маникюра и педикюра. «Подобных вакансий считанные единицы, — признаёт Морозкова. — В большей степени салоны красоты сообщают, что нуждаются в бухгалтерах, менеджерах, администраторах. При этом на других популярных сервисах по поиску работы картина иная — порядка 800 салонов ищут мастеров-парикмахеров, ещё 600 — мастеров маникюра и педикюра».
Разница в сотни раз между двумя площадками — наглядный портрет рынка, где основная часть найма проходит мимо государства. И это неспроста — довольно часто мастера устраиваются на работу как «самозанятые», чтобы платить меньше налогов.
О том, что официальный рынок труда бьюти-отрасли почти пуст, рассказала первый заместитель директора Центра занятости населения Санкт-Петербурга Юлия Целуйко. «На сегодняшний день в данной сфере работу ищут всего 22 человека, — сообщила спикер. — Из них двое — мастера маникюра, ещё двое — парикмахеры, остальные — администраторы и менеджеры, желающие работать в салонах».
Парадокс усиливается, когда речь заходит об обучении: Центр занятости продолжает готовить бьюти-специалистов, ведь желающих научиться орудовать ножницами меньше не становится. Но куда они уходят с новой «корочкой»?
«Треть из тех, кто обучился, устраиваются в какие-то салоны красоты. Ещё треть — это открытие самозанятости и индивидуального предпринимательства. А ещё треть ушла из-под нашего контроля», — говорит Целуйко.
Программы переобучения на бьюти-специальности заложены на 2026 год.
«Возможно, в 2027 году мы пересмотрим данные программы», — отметила представитель центра.
«Зелёный мастер»
Поделилась своим мнением и старший мастер Колледжа петербургской моды Наталья Зверуго. Она рассказала, что в текущем сезоне колледж набрал три группы студентов, которые освоят азы парикмахерского искусства: «В этом году набор очень хороший, ребята все заинтересованные, легко идут на контакт».
Но дальше начинается именно то, о чём официальная статистика говорит: «треть ушла из-под контроля». По словам Натальи, выпускники обязаны отчитываться о трудоустройстве ещё полтора-два года, но реально это делают единицы. Более того, сами студенты ещё на этапе обучения признаются, что не стремятся в салоны, — их привлекают работа на себя и свободный график.
При этом путь в профессию остаётся непростым. Обучение в колледжах длится два года и десять месяцев, и даже к третьему курсу студенты «очень боятся живых людей». Да и сами салоны неохотно берут начинающих, хотя встречи с работодателями колледж проводит дважды в год. Чтобы закрыть эту проблему и дать выпускникам больше практики, учебное заведение собирается создать собственную учебную парикмахерскую.
Опыт реального найма молодых специалистов описала руководитель салона красоты Ольга Смирнова. Предприниматель сетует: месяц назад она приняла в штат выпускницу колледжа, но перед этим её пришлось полгода стажировать! Молодой специалист не знала современных техник работы с волосами и формул смешивания краски. Сейчас парикмахер работает в салоне, но на сниженном ценнике.
Основатель сети салонов массажа Марина Большухина — один из тех предпринимателей, что отдают предпочтение иностранным работникам. Но не из-за дефицита людей, а из-за специфики продукта: «Русские мастера никогда в жизни не сделают такой массаж, какой делают профессионалы из Таиланда. Это традиция, которую культивирует данная нация, — повторить её не может ни одна страна».
Отдельная причина отказа от найма местных специалистов — страх, что мастер, набрав клиентскую базу в салоне, уйдёт в коворкинг и заберёт её с собой. Иностранному специалисту эта схема не грозит: он приезжает на ограниченный срок и работать на себя не может.
Выжать максимум
Логика ухода специалистов в частную практику понятна. Расценки мастеров, работающих на дому, сегодня примерно такие же, как в официальных салонах. А трат значительно меньше.
«Салон платит аренду, налоги, отпускные и все вытекающие. А мастер на дому кладёт эту сумму полностью себе в карман. А если это ещё и наличные, то никаких налогов можно не платить, никто не узнает», — говорит Ольга Смирнова.
Действительно, в Петербурге из 3,2 млн чел. трудоспособного населения более миллиона стали самозанятыми. И при этом порядка 500 тыс. за год не заплатили ни копейки налогов.
«То есть в половине случаев мы не понимаем, работают ли эти люди и что они вообще делают», — отметил начальник юридического отдела Комитета по труду и занятости Александр Гущин, добавив, что отдельный пласт проблем бьюти-сферы — это подмена трудовых отношений гражданско-правовыми. То есть фактически сотрудник работает в штате, но по документам он самозанятый. Отслеживают подобные истории межведомственные комиссии по нелегальной занятости, которые действуют во всех 18 районах города при взаимодействии с налоговой инспекцией. По ряду кейсов комитет уже публично отчитывался, например, по историям с хостелами и отелями, которые брали молодых людей на неоплачиваемые стажировки.
Проблема, впрочем, не только в желании уйти от налогов. Эксперты подчеркнули, что «кадровый голод» в бьюти заключается не в нехватке специалистов как таковых, а в несоответствии ожиданий: работодатели хотят выжать из работника максимум, а работники хотят максимум денег и меньше контроля. «Если салоны смогут создавать достойные условия труда, то молодёжь пойдёт работать, я уверен. И учиться тоже пойдут», — рассуждает Гущин.
Согласна с ним и Ольга Смирнова — она уверена, что бесплатное повышение квалификации, белая зарплата с оплатой отпускных и больничных и уважительное отношение руководства удержат сотрудника на рабочем месте гораздо лучше, чем что-либо ещё.




