aif.ru counter
E.Сороколетова
1130

Путешественник Леонид Круглов – о Крузенштерне, аборигенах и российской созерцательности

Фото: Е.Сороколетовой

Поход «Седова» - крупнейшего учебного парусного судна мира - посвящён 1150-летию зарождения российской государственности и 200-летию первой русской кругосветки И.Ф. Крузенштерна и Ю.Ф. Лисянского.

Для путешественника, режиссёра, этнографа, члена Русского географического общества Леонида Круглова поход «Седова» - последний этап проекта «Семеро смелых. По следам великих русских путешественников». По окончании кругосветки на Первом канале выйдет одноимённый 7-серийный фильм, в который войдут как свежие зарисовки, так и архивные материалы.

На борту судна также находится победитель конкурса Русского географического общества «По следам Крузенштерна» Александра Мушта, которая ведет дневник тихоокеанского этапа плавания.

По состоянию на начало декабря парусник покинул о. Таити и приближается к островам Самоа.

Евгения Сороколетова: - Барк «Седов» прошел почти половину своего кругосветного пути. Вы участвовали в подготовке экспедиции – расскажите, пожалуйста, как был выбран маршрут для парусника?

Леонид Круглов: - Маршрут «Седова», конечно, отличается от пути первой русской кругосветки – отменились заходы в североамериканские порты и, наоборот, добавлено несколько точек, связанных с экспедициями «птенцов гнезда Крузенштерна». Моряки, которые побывали в первом русском кругосветном плавании, спустя годы совершили свои собственные кругосветные экспедиции, обнаружили какие-то земли. Отто Коцебу участвовал еще в двух кругосветках и открыл многие острова, Григорий Иванович Лангсдорф впервые исследовал Бразилию. Самое мощное из открытий, безусловно, совершено Беллинсгаузеном и Лазаревым, – Антарктида.

Леонид Круглов в московском лектории РГО. Фото: В.Потаповой

Евгения Сороколетова: - Как проходила первая русская кругосветка?

Леонид Круглов: - В кругосветное плавание вышли два парусника – «Надежда» Крузенштерна и «Нева» Лисянского. Сейчас, конечно, ни одному государству не под силу отправить по одному маршруту два корабля. По сути, было сделано сразу две русские кругосветки, потому что Крузенштерн и Лисянский ходили своими маршрутами.

Корабли дошли до мыса Горн, потом Лисянский направился к острову Пасхи, Крузенштерн – к Маркизским островам. Там они пересеклись и снова расстались.

Финал первой русской кругосветки получился весьма драматичным. Около Африки корабли потеряли друг друга из виду. Крузенштерн попал в штиль, а Лисянский – наоборот, в сильный попутный ветер и поставил на то время рекорд, пройдя от Африки до Петербурга за две недели. Его можно понять – любой моряк будет максимально использовать попутный ветер. Но оказалось, что он на две недели опередил Крузенштерна. Поступок Лисянского расценили как неблаговидный. С того момента они мало общались между собой.

Евгения Сороколетова: - Конфликт был не случаен?

Леонид Круглов: - У нас на руках есть многие дневники той русской кругосветки – официальные записи Крузенштерна, Лисянского, личные дневники офицеров Ратманова и Левенштерна. Из них видно, что конкуренции между Крузенштерном и Лисянским не было. Они дружили с кадетской юности. Официально Крузенштерн был начальником, но между ними существовало взаимное уважение. Конечно, в силу особенностей своей личности у каждого был свой интерес в путешествии.

Крузенштерн – человек научный, он размышлял о государственном благе. Лисянский же был склонен к авантюрам, он старался отходить от маршрута, надеялся что-то найти – и ему действительно удалось открыть несколько атоллов.

Учебное парусное судно «Седов». Фото из личного архива Леонида Круглова

 

Евгения Сороколетова: - На борту «Надежды» находился Н.П. Резанов (прототип главного героя рок-оперы «Юнона и Авось». - Прим. ред.), направленный с дипломатической миссией в Японию. Посол был назначен номинальным главой экспедиции – и он, совершенно не имея морского опыта, пытался командовать офицерами. Между Крузенштерном и Резановым разгорелся серьезный конфликт. До сих пор спорят о том, кто же в итоге извинился первым...

Леонид Круглов: - В Петрапавловске-Камчатском между ними произошло серьезнейшее столкновение – Крузенштерн готовился отдать шпагу, была угроза, что его обвинят в государственной измене и посадят в тюрьму. Мы нашли неопубликованные записи лейтенанта Макара Ивановича Ратманова, который шел на корабле с Крузенштерном. Он вел дневник исключительно для себя, и в нем хорошо видно, как развивался конфликт.

Первым подошел и извинился именно Крузенштерн. Насколько я понимаю его историческую личность, он был человеком широкой души, рыцарем, поэтому такой поступок ему было совершить гораздо легче.

Евгения Сороколетова: - На корабле многие вели дневники?

Леонид Круглов: - Всем офицерам в русской кругосветке было приказано вести официальные дневники, которые после экспедиции требовалось сдать. Поэтому моряки вели по два-три дневника: официальный и для себя.

Дневники офицеров – это взгляд со стороны, они дают более объективную точку зрения, рассказывают о человеческих взаимоотношениях, придают ситуации объем. Официальные документы и дневники писались с расчетом на то, что в них не должно быть ничего лишнего.

Судно «Седов». Фото из личного архива Леонида Круглова

Евгения Сороколетова: - Что любопытного можно найти в официальных записях Крузенштерна?

Леонид Круглов: - Из дневников Крузенштерна можно взять рассказы о нравах островных жителей, описания приключений, бурь, штормов. Интересно посмотреть его Атлас Южных морей, научные наблюдения за океаном – не зря же его называют отцом океанологии.

Евгения Сороколетова: - На ваш взгляд, нравы местных племен сильно изменились с тех времен, как их описал Крузенштерн?

Леонид Круглов: - Конечно. Сейчас передо мной как перед режиссером стоит много задач, что и как снимать, потому что за 200 лет произошли колоссальные изменения. Везде ощущается сильное влияние современной цивилизации. Культуры подверглись большому разорению, они практически исчезли – и на Маркизских островах, и во Французской Полинезии, и на Аляске.

Евгения Сороколетова: - Когда-то Аляска была Русской Америкой. Наше отношение к завоеванным землям отличалось от отношения европейцев?

Леонид Круглов: - Когда изучаешь исторические процессы, то видишь, что Россия, присоединяя к себе территории, больше жертвовала сама. Мы вкладывали силы, многое отдавали новым территориям – и там поднимался уровень образования, появлялись фабрики и заводы. Россия была духовным, культурным донором.

Евгения Сороколетова: - Было ли это благом? Может, местным жителям совершенно не требовались ни образование, ни заводы...

Леонид Круглов: - Общечеловеческие процессы не остановишь. Трудно представить, чтобы сейчас какой-то регион в мире оставался изолированным. Даже в Папуа – Новой Гвинее оазисы первобытных культур в изоляции удержать невозможно. Все люди на планете постепенно становятся как бы одним народом. Процесс начался бы в любом случае.

Когда мы ушли из Русской Америки и наше место заняли американцы, у местных жителей появилось гораздо больше проблем. Например, во время Второй мировой войны на Алеутских островах производились ядерные взрывы.

Высадка на о. Пасхи. Ноябрь 2012. Фото из личного архива Леонида Круглова

Евгения Сороколетова: - Но сравнение идет не в нашу пользу, если мы говорим о современных эскимосах и чукчах, – на Аляске им живется гораздо лучше. Получается, американцы исправились?

Леонид Круглов: - Если смотреть с экономической точки зрения, то они живут лучше. Но если говорить о сохранении духовных традиций, то у наших народов, даже несмотря на тяжелый период советского времени, лучше сохранился традиционный образ жизни.

Евгения Сороколетова: - Насколько народные традиции ценны для современного человека? Что они могут нам дать?

Леонид Круглов: - Интереснее общаться с личностью, у которой есть своя точка зрения, которая ярко проявляет себя. Так же и с народами – гораздо интересней тот, что сохраняет самобытные традиции, культуру. А если он просто влился в мировую массовую культуру и перенял чужое, а свое потерял, то становится безликим.

Евгения Сороколетова: - Есть теория, что действительно мощные цивилизации появляются там, где, с одной стороны, достаточно ресурсов для жизни, а с другой, где нужно прикладывать некоторые усилия, чтобы обеспечить себя. Великие цивилизации крайних точек – Заполярья или тропической Африки – неизвестны. Чем может быть интересна культура первобытных народов?

Леонид Круглов: - Говорить о должном уровне культуры не совсем правильно, потому что тогда мы все будем мерить по западной культуре. На самом деле все народы создавали свои цивилизации, но они не обязательно выражались в материальных вещах. Одни имели склонности к закреплению своей культуры в виде материальных объектов – дворцов, пирамид, а другие делали потрясающие духовные открытия, и их традиции не были материальными. Знания передавались от человека к человеку, пока были живы духовные лидеры этих народов – как только они уничтожались, культуры исчезали.

Как показали современные исследования в области психологии, древние культурные слои не исчезли – они проявляются в виде образов, сновидений, спонтанного творчества. Внутри нас, представителей современной западной материалистической культуры, живут аборигены Австралии и Папуа – Новой Гвинеи.

Среди затерянных племен Эфиопии. Фото из личного архива Леонида Круглова

Евгения Сороколетова: - Есть ли что-то общее в мировоззрении первобытных народов?

Леонид Круглов: - Общее – это нематериалистическая жизненная философия, мировоззрение кочевых культур, где материальные вещи не ставятся на первое место. Они имеют значение, но только для выживания, как нужны для этого хороший нож и юрта. О создании циклопических строений они не задумываются.

Евгения Сороколетова: - Почему же европейское сознание одержало верх, и мы считаем Запад эталоном?

Леонид Круглов: - Если смотреть на короткий исторический этап, то сейчас явно лидирует западная цивилизация. Но если мы обратимся ко всей жизни человечества, то выяснится, что были периоды, когда выходило вперед мировоззрение кочевников и возникали целые кочевые империи.

Евгения Сороколетова: - Стремятся ли народы в большинстве своем к европейской цивилизации – или же держатся за свои идеалы? Что вы наблюдаете в своих путешествиях?

Леонид Круглов: - Везде происходит одна и та же трагедия. Духовные лидеры сопротивляются, прекрасно понимая, что на их народ надвигается чуждая цивилизация – внешне яркая и красивая, в наше время подкрепленная пушками и ракетами. Они оказывают сопротивление, но, в отличие от материалистических культур, не преуспевают в этом.

Когда русские пробрались в Тибет, к ним вышли монахи и сказали, что в духовную столицу Лхасу иностранцам вступать нельзя. Пржевальский, который шел туда много лет, со слезами на глазах отступил. Когда в Тибет пришел английский корпус и к солдатам обратились с теми же словами, англичане расстреляли и монахов, и десятки местных жителей, которые вышли защищать город со старинными кремниевыми ружьями.

«Седов» на набережной лейтенанта Шмидта. Фото из личного архива Евгении Сороколетовой

 

Евгения Сороколетова: - Какое мироощущение ближе русским людям?

Леонид Круглов: - Русские всегда были посередине – мы понимали мышление и Востока, и Запада. Российская культура сочетает это в том числе в силу географического положения. Я верю в пророчества, по которым Россия спасает мир. В Москве чувствуется бешеный ритм и постоянная гонка, характерная для Запада. Но уже в Петербурге, а тем более в Сибири, на Дальнем Востоке люди более степенны. Россия сможет подать своеобразный пример того, как соединить противоположности, крайние мировоззренческие тенденции.

Евгения Сороколетова: - Ваш первый фильм был посвящен Туве. Что можно сказать об этой республике, ее народе?

Леонид Круглов: - Тува – это наш восточный полюс. Через европейскую часть России мы общаемся с Западом, а через азиатские регионы мы всегда контактировали с Востоком. Туву называют сердцем Азии, и для меня она всегда была центром кочевой, нематериалистической азиатской культуры.

Фильм о Туве – первый и до сих пор любимый. Стилистически он создан так, чтобы показать неспешность, созерцательность жизни в Туве. Здесь человек может подолгу сидеть, смотреть на открывающиеся вокруг просторы и думать о мироздании, ощущая себя частичкой мира.

Евгения Сороколетова: - Фильм о кругосветке завершает проект «Семеро смелых», в котором вы рассказываете о знаменитых русских экспедициях. Как будет построен фильм? Мир вокруг сильно изменился с тех пор.

Леонид Круглов: - Мы будем снимать не только на воде, но и на земле – для того, чтобы рассказать о бразильской истории Лангсдорфа, о поисках Антарктиды Беллинсгаузеном и Лазаревым, о дальневосточных экспедициях, о Пржевальском. Таким образом, в фильме будут отражены основные российские географические открытия, которые случились вскоре после первой русской кругосветки. Мы проведем параллели с современностью. Будет и исторический дневник, и рассказ о том, что и как происходит в современном мире.

События прошлого оказываются удивительно актуальными. Я давно заметил – когда идешь по следам какого-то великого путешественника, вдруг возникающие события показывают, что история делает некие витки. Если посмотреть в корень, в драматургию ситуации, то окажется, что сюжетов не так уж и много. Повторяется одна и та же история, только с небольшими вариациями. 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество