Примерное время чтения: 9 минут
149

Две крепости на Неве. Как петровская Россия сделала первый шаг к величию

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 19. Аргументы и факты - Петербург 10/05/2022 Сюжет Петру I - 350 лет
«Правда, что зело жесток сей орех был, однако, слава богу, счастливо разгрызен» – Петр I. Штурм крепости Нотебург 11 октября 1702 года.
«Правда, что зело жесток сей орех был, однако, слава богу, счастливо разгрызен» – Петр I. Штурм крепости Нотебург 11 октября 1702 года. / Александр Коцебу / Commons.wikimedia.org

В мае 1703 года Россия одержала первую убедительную победу в Северной войне, устье Невы вернулось в состав нашей страны, а Петр Первый заложил на берегах реки новый город – Санкт-Петербург. Так был сделан первый шаг на пути, который привел к появлению нового государства – Российской империи.

Старое соперничество

Напомним, что земли вокруг Невы были ареной соперничества Швеции и России еще со времен призвания варягов и первых Рюриковичей. Именно проживавшие по берегам Невы ижорцы помогли Александру Невскому разбить шведов Биргера в 1240 году. Эта территория входила в состав Новгородской республики, а потом Московского царства, пока в 1617 году шведы, воспользовавшись последствиями Смуты, не оторвали ее от русского государства. В результате Ладожское озеро фактически стало шведским озером, а контроль над Невой обеспечивали две шведские крепости – Нотебург (старинный русский Орешек) и Ниеншанц (построенный на месте небольшого русского торгового городка Невское устье).

Шведский король Густав II, прекрасно понимавший значение Невы как торговой артерии, после основания Ниеншанца официально заявил: «Теперь без нашего позволения русские не смогут выслать ни одной лодки в Балтийское море». По приблизительным оценкам историков, население шведского города на правом берегу Охты могло достигать 2,5 тыс. человек. Кажется, что это не очень много, однако во всей Финляндии было лишь два города, Выборг и Або, которые превосходили Ниен по этому показателю. Конечно же, Россия не смирилась с потерей территорий – так, в 1656 году во время новой русско-шведской войны Ниеншанц был взят, однако вскоре его пришлось оставить.

После основания Ниеншанца шведский король Густав II заявил: «Теперь без нашего позволения русские не смогут выслать ни одной лодки в Балтийское море».
После основания Ниеншанца шведский король Густав II заявил: «Теперь без нашего позволения русские не смогут выслать ни одной лодки в Балтийское море». Фото: Commons.wikimedia.org

Неудача под Нарвой

Ситуация поменялась после того, как деятельный и решительный Петр Первый вступил в Северную войну со Швецией, прорубая «окно в Европу». Как известно, начало той войны оказалось для России крайне неудачным – под Нарвой российские войска потерпели сокрушительное поражение от меньшей по численности шведской армии, иностранные офицеры поспешили быстро сдаться шведским коллегам, и достойно проявила себя лишь гвардия, сумевшая выбраться из сражения, не потеряв строя и знамен. Карл XII решил, что Россия окончательно выбита из войны, и перенес все свои усилия на Польшу. Это оказалось роковой ошибкой самонадеянного победителя. Петр Первый сдаваться не планировал, зато начал адекватно оценивать и свои силы, и возможности противника. Прорываться к Балтике решили не через Нарву, а с востока, овладев южными побережьями Ладожского озера.

Секретная дорога

Главным препятствием была крепость Нотебург (Ореховый город), расположенная на месте древнерусского Орешка. Расположенная на острове с сильным гарнизоном, она контролировала верхнее течение Невы и все южное Приладожье. К штурму крепости русские войска начали готовиться заранее. Необходимо было обеспечить внезапность атаки, чтобы шведы не успели запросить и получить подкрепление. Все лето 1702 года Петр Первый провел в Архангельске, укрепляя этот на тот момент единственный морской порт России. Вместе с царем там находились и гвардейские наиболее боеспособные части русской армии, а также иностранные послы. Благодаря которым шведы точно знали – ни о какой угрозе Приладожью речь не шла. Вокруг Нотебурга и Ниеншанца, впрочем, время от времени проходили отдельные стычки и даже бои – русские морские пехотинцы дрались со шведами на волнах Ладожского озера, но угрозы крепостям эти силы создать не могли. Сам Петр из Архангельска вел активную дипломатическую переписку, намекал, что собирает силы для похода в Норвегию, в общем, всячески напускал тумана вокруг своих намерений.

Одновременно в обстановке полной секретности русские инженеры проектировали строительство трассы, после получившей название Осударева дорога. По ней из-под Архангельска лучшие русские части должны были быть в кратчайшие сроки переброшены под Ладогу. Дорогу надо было построить в карельских лесах, по чрезвычайно тяжелой местности. Любопытно, что изначально при царском дворе даже не представляли объем будущих работ – так, Петр в одном из писем из Архангельска писал, что это 120 верст, князь Долгорукий уверял – «сухим путем близко 200 верст». Современные ученые после соответствующих исследований пришли к выводу, что расстояние составляло 174 версты, что в пересчете составляет систему 264 километра. И дорога такой протяженностью была построена всего за две недели (темпы строительства, которые тяжело повторить даже с нынешними технологиями). Войска во главе с Петром Первым (около 4 тысяч человек прошли маршем по этой дороге за 8 дней. 24 августа царь был уже у Онежского озера, к началу сентября части лейб-гвардии соединились в Ладоге с пришедшей с юга прочей русской армией. В конце сентября Нотебург оказался в осаде, помощь ему прислать никто не успел.

Крепость Нотебург (Ореховый город), расположенная на месте древнерусского Орешка.
Крепость Нотебург (Ореховый город), расположенная на месте древнерусского Орешка. Фото: Commons.wikimedia.org

Крепкий орешек

Однако крепость и сама по себе была крепким орешком. В ней стоял полноценный шведский гарнизон, а у русской армии было слишком мало опыта штурма укрепленных по всем правилам тогдашней военной науки крепостей. Эти недостатки зримо проявились во время натиска – русская артиллерия, которая должна была бы пробить полноценные бреши в стенах крепости, из-за неумения солдат вышла из строя, не выполнив задачу. Когда русские переправились через протоку и начали решительный штурм крепости, то выяснилось, что осадные лестницы чересчур короткие, и взобраться прямо на стены у гвардейцев не выходит. Зато шведы щедро обстреливали штурмующих и сыпали им на головы камни, скатывали огромные бревна. В какой-то момент Петр даже дал сигнал к отступлению, однако командующий боем князь Голицын отказался уходить, сообщив курьеру: «Скажи Государю, что теперь я принадлежу не Петру, а Богу». А Меншиков, собрав находившихся на противоположном от крепости берегу солдат Преображенского и Семеновского полка, двинулся ему на помощь. К тому моменту бой шел уже 13 часов, и шведы начали изнемогать. Увидев, что русские не только не отступают, но и настроены усилить натиск, командующий осажденным гарнизоном решил выбросить белый флаг. В тот же день капитуляция Нотебурга была подписана. Шведам позволили выйти из крепости с распущенными знаменами и музыкой, сохранив оружие. «Правда, что зело жесток сей орех был, однако, слава богу, счастливо разгрызен», – писал Петр. Орешек вернулся в русские руки и был переименован в Шлиссельбург («ключ-город», открывавший дорогу к овладению устьем Невы).

Русский против русских

После этой победы русские уже не таились. Перезимовав, весной 1703 года двинулись к Ниеншанцу огромными колоннами, наступая и по воде, и по суше. Комендантом города был некий Опалев – и русская фамилия не должна удивлять. Это действительно был потомок знатного новгородского рода, который в свое время перешел на службу шведскому королю. В ожидании подхода царских войск Опалев принял решение эвакуировать население, а также сжег все постройки, которые находились вокруг самой крепости – надеясь, что тем самым русской армии будет не на что опереться. (Кстати, сгорело в том числе и поместье шведского полковника на берегу Невы, на месте которого позже Петр Первый выстроил свой Летний дворец.) Однако когда войска прибыли, то шведы убедились – шансов на победу у них нет. В полдень 30 апреля после размещения артиллерии русские предложили коменданту сдать крепость, но получили отказ, после чего был открыт артиллерийский огонь. Из мортир стреляли всю ночь. Шведы сначала энергично отвечали из крепости, но к 5 утра 1 мая огонь затих. Опалев приказал барабанщику бить сигнал о сдаче крепости. Был составлен договор о капитуляции Ниеншанца при условии свободного пропуска гарнизона в Нарву или Выборг с оружием, знаменами и 4 железными пушками.

Через неделю состоялся речной бой между русскими лодками и шведскими малыми кораблями из эскадры, пришедшей на помощь осажденной крепости. Шведы отступили.

8 июля 1703 года в бою на реке Сестра русские войска отбросили и сухопутные силы противника к Выборгу. В устье же Невы Петр I заложил новый город-крепость Санкт-Петербург. Таким образом, земли вокруг Невы навсегда вернулись в состав российского государства, а Петр Первый одержал первую стратегическую победу в Северной войне.

Кстати

Многие историки до сих пор спорят – почему Петр Первый построил новый город в непосредственной близости со взятым Ниеншанцем и не стал использовать для этого уже существовавшую крепость. Напротив, укрепления было решено уничтожить. Самым обоснованным представляется мнение, что царь не был так уверен в победном окончании Северной войны. Возможно, Ниеншанц бы вновь пришлось отдавать шведам, но уничтоженная крепость не позволила бы им быстро восстановить свое господство в приневских землях. Сейчас на том месте, где стояла крепость, стоит памятный знак, а территорию предполагается использовать под создание исторического парка.

Подписывайтесь на наш Телеграмм-канал  – https://t.me/aifspb. Обсудить публикации можно в нашей группе ВКонтакте – https://vk.com/aif_spb.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5


Самое интересное в регионах