Примерное время чтения: 8 минут
1175

«Люди в чёрном». Как в Петербурге из молодых ребят готовят священников

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 40. Аргументы и факты - Петербург 04/10/2023

Образование в семинариях всегда считалось чем-то особенным. При этом сам процесс подготовки будущих священнослужителей оставался неким таинством для людей со стороны. Корреспондент spb.aif.ru пообщался с доктором теологии, проректором по учебной работе Санкт-Петербургской духовной академии, протоиереем Владимиром Хулапом и узнал, как из студентов готовят священников, а также какие задачи стоят перед педагогами.

Не работа, а служение

Григорий Тимченко, SPB.AIF.RU: Отец Владимир, вы проректор по учебной работе в академии. А сами что-то преподаёте?

Владимир Хулап: Да, веду несколько дисциплин: «История западных исповеданий и сравнительное богословие» и семинар по «Пастырскому богословию» на бакалавриате, курс по церковному социальному служению в магистратуре.

– До академии был какой-то педагогический опыт? Может быть, в светских учреждениях?

– Преподаю уже около 15 лет. Сам обучался в Санкт-Петербургской духовной семинарии, как тогда она называлась. Поступил в 1992 году, окончил в 1996-м. И затем обучался в духовной академии, это следующая ступень. Параллельно учился в Германии – получил там докторскую степень. Так что с зарубежной системой образования тоже знаком. Преподавал в разных вузах, какие-то курсы читал в светских учебных заведениях. Стараемся в духовной академии осуществить синтез всего хорошего, что есть в традиционной церковной и светской системах образования, чтобы достичь результатов, которые ставят перед нами и церковь, и общество. С одной стороны, мы должны соответствовать всем требованиям государственной системы образования. С другой – у церкви есть свои традиции, особенности.

– Как вы сами изначально пришли к вере?

– Это произошло ещё в юности. Результат внутренних исканий. Крестился я в 1990 году, в 16 лет. И в какой-то мере юношеский максимализм, в хорошем смысле этого слова, желание после первого шага делать и последующие, а не останавливаться, привёл к тому, что я после второго курса в вузе решил пойти в Санкт-Петербургскую духовную семинарию. И это были, наверное, самые интересные, глубокие, живые годы в моей жизни. Появилось желание посвятить свою жизнь служению Богу. Понимание, что если ты вступаешь на этот путь, то это действительно не работа, а служение. Работу мы связываем с трудовым договором, графиком, определённым функционалом. А в церкви – именно служение, жизнь не делится на две части, когда условно с 9.00 до 17.00 ты занимаешься одним, а в остальное время можешь вести совершенно другую жизнь. Служение подразумевает полную вовлечённость и следование этим путем 24/7.

«Главная аудитория – храм»

– Кто сегодня, как правило, идёт в семинарию? Это молодёжь или уже взрослые люди, с определённым опытом за плечами?

– Когда учился я, многие поступали в семинарию после вузов. Люди шли в Церковь на волне религиозного ренессанса той эпохи. Сейчас бóльшая часть наших абитуриентов – выпускники школ. Это ребята, которые только закончили 11 классов. Они сознательно делают выбор, вероятно, за год-два до поступления в духовную академию. Чаще всего в детстве и юности они посещали воскресные школы, несли какое-то послушание в храме. То есть это не люди с улицы, они знают, что такое жизнь в церкви. Некоторые являются выпускниками православных гимназий. Но по-прежнему есть и те, кто приходят после вузов. Кто-то из них начинает интересоваться духовным образованием после экскурсий, которые мы регулярно проводим для обычных студентов и школьников. Людям интересно, что такое духовная академия, поскольку у неё образ закрытого учебного заведения: ничего не понятно, какие-то люди в чёрном ходят.

Есть у нас студенты, которые учатся на заочной форме, – люди с большим жизненным опытом. Это уникальное явление последних десятилетий. Люди в возрасте, у которых есть семья, взрослые дети (а иногда и внуки), они в жизни уже, скажем так, многого добились в профессиональном плане. И они понимают, воцерковившись, став членами прихода, что хотели бы нести служение в храме. При этом не обязательно оставляя свою светскую работу. Например, у нас есть священник, который остаётся практикующим врачом.

– Требования к очникам и заочникам одни и те же?

– На очной форме у нас есть ограничение по возрасту – до 35 лет. Причина очень простая. Предполагается, что человек во время обучения будет жить в академии. Между 18-летними и 35-летними разница большая, сложно устроить совместный быт или разработать единую программу. У очников утро начинается с совместной молитвы, затем завтрак, лекции, обед, полдник, вечерняя молитва, общие богослужения. В выходные – совместные поездки, паломничество; студенты также проходят социальную, педагогическую и проповедническую практики. У человека формируется новый образ жизни, происходит передача традиций молодому поколению.

Во время обучения в духовной академии не идёт речь о том, что нужно освоить какой-то набор знаний, выучить ответы на вопросы, сдать экзамен и получить диплом. В первую очередь, обучающийся должен понять, его это путь или нет.

– Сложно ли поступить в духовную академию?

– Для этого понадобится ЕГЭ по русскому языку и истории. Но у нас есть и церковная программа – полностью идентичная государственной. Если по тем или иным причинам нет какого-то ЕГЭ, можно подавать документы к нам напрямую. В любом случае самым важным является профильное испытание. Мы беседуем с абитуриентами об основах вероучения, богослужебной жизни и так далее. После чего и принимаем решение. Причём смотрим больше не на уровень знаний, а на то, что в светском языке называется мотивацией, то есть зачем и почему человек к нам пришёл. Подход к абитуриентам индивидуальный. Мы стараемся смотреть на человека, на то, что он собой действительно представляет, а не на сумму баллов по ЕГЭ. Для нас это очень приятная возможность увидеть будущих студентов вживую, пообщаться с ними, познакомиться.

– Чем отличается, по сути, обучение в семинарии от учёбы в светском вузе?

– Самым главным, на мой взгляд, отличием является то, что студенты живут здесь, этим особенным распорядком, который может в чём-то напоминать монастырский уклад или кадетский быт. В светской же системе студент может жить, где хочет, делать – что хочет. Если он не нарушает какие-то правила вуза или законодательство, то он абсолютно свободен в своих действиях, главное, чтобы лекции посещал и экзамены сдавал. В стенах духовной академии мы всё-таки воспринимаем друг друга как одну большую семью, где мы знаем студентов, их сильные и слабые стороны. Они здесь не просто учатся, а живут церковным бытом. Наша цель конечная, как наставников, – это целостное формирование человека, развитие в нём духовных качеств, основанных на христианских ценностях. Мы стремимся к тому, чтобы студенты развивались всесторонне. Ведь священник должен не только хорошо разбираться в богослужении и догматике, но и быть эрудированным, по-настоящему образованным, чтобы помогать людям, которые будут к нему обращаться с совершенно разными вопросами и проблемами. Наша главная аудитория – храм. А самая важная задача – научить человека молиться.

Чтобы учебный процесс был эффективнее, мы постоянно приглашаем в качестве лекторов священников, которые несут самые разные церковные служения. Например, занимаются реабилитацией наркоманов, инвалидов, проповедуют в тюрьмах и больницах. Мы пытаемся с самого начала показать, что служение священника не ограничено какой-то одной сферой. Готовим студентов к тому, что прийти к ним могут абсолютно любые люди: от бездомного до высокопоставленного чиновника. Сфера ответственности священника не заканчивается за стенами храма. Это всё, что находится рядом, – не только весь приход, но и все люди, которые «извне» пришли за помощью. Священник должен понимать, что им нужно.

Главное – зажечь интерес

– Могут ли обучаться в академии женщины, или контингент составляют только мужчины?

– Помимо основного отделения у нас есть ещё регентское и иконописное отделения, где в основном учатся девушки. То есть помимо священнослужителей мы готовим регентов и иконописцев.

Иными словами, в стенах академии идёт подготовка всех тех, кто хочет посвятить свою жизнь служению Церкви.

– А вы лично перед собой видите какую-то определённую миссию как наставник?

– Сейчас бóльшую часть времени и сил у меня занимает административная работа. Если бы была возможность, я бы, наверное, всё это оставил и преподавал. Мне очень нравится заниматься со студентами. Главная задача при работе с ними – зажечь, привить интерес к той или иной дисциплине. Цель – не просто дать какой-то объём знаний. Священник не должен быть ходячей энциклопедией, которая отвечает на разные вопросы. Тот же интернет в этом смысле будет куда более точным и конкретным. Но если студент искренне заинтересовался богословием, историей Церкви, богослужением – это некий импульс, который затем на протяжении всей жизни он сможет развивать. То, что мы закладываем в семинариста здесь, это всего лишь начало, фундамент. На преподавателе всегда лежит большая ответственность. Будь то светское образование или духовное. Он может как зажечь студента, так и отбить у него полностью интерес к предмету.

Справка
В 2023/24 учебном году в Академию поступили 10 африканских студентов, 3 из Индонезии. Всего в СПбДА сейчас обучаются 89 иностранных студентов.

Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5


Самое интересное в регионах