83 года назад было прорвано кольцо блокады Ленинграда. Силами Ленинградского и Волховского фронтов была проведена наступательная операция «Искра». Она продлилась 18 дней (с 12 по 30 января 1943-го), результатом стал прорыв блокады.
Сейчас до места прорыва блокады от Невы по трассе «Кола» — всего 20 минут на машине. В далеком 1943-м этот путь занял шесть суток кровопролитных, ожесточенных боев, которые приходилось вести в тяжелейших условиях. Мы расскажем о нескольких ярких моментах операции.
Подготовка к операции «Искра»
К концу 1942 года обстановка под Ленинградом оставалась сложной: сухопутной связи между городом и «большой землей» не было, войска Ленинградского фронта и Балтийский флот были изолированы. К подготовке операции «Искра» командование подошло со всей возможной осмотрительностью.
Даже сейчас, прогуливаясь по набережной Кировска, или стоя на площадке рядом с Государственной районной электростанции № 8 (историческое здание сохранилось до сих пор, его восстановили после войны, сейчас там современная ТЭЦ — Ред.), понимаешь, насколько высок левый берег Невы.
За время своего присутствия, фашистские захватчики его оборудовали линией обороны: заминировали, изрыли окопами и противотанковыми препятствиями. Бойцам требовалось пробежать порядка 400 метров по льду, забраться на высокий берег, прорезать проход в заграждениях из колючей проволоки. Стало понятно, что укрепления противника должны были быть подавлены прямой наводкой, при этом артиллерия не должна разбивать лед.
«Василий Довиденко, на тот момент капитан и начальник артиллерии одного из наших полков (269-ого — прим. ред.) описывал, что они выходили на берег и лежали в укрытиях, целыми днями наблюдая в бинокль за противоположным берегом: откуда стреляют пулеметы, где амбразуры. Все зарисовывали и фотографировали», — рассказывает историк, российский военный писатель, директор Военного музея Карельского перешейка Баир Иринчеев.
Окопы для орудий, расположенные на берегу, в прямой видимости противника, отрыли заблаговременно: все делали ночью, стук лопат и заступов о мерзлую землю маскировали пулеметной стрельбой, землю тут же уносили в мешках и плащ-палатках. Только эти работы заняли два месяца. Постоянно измерялась толщина льда.
«Готовили и личный состав. Николай Павлович Симоняк, тогда еще полковник, свою дивизию гонял через Неву в Рыбацком по десять раз в полной выкладке, отрабатывая и постановку штурмовых лестниц, и разминирование», — отмечает Иринчеев.
Преодолеть Неву
12 января в 9.30 по переднему краю гитлеровцев открыли огонь 2000 советских орудий, обстрел длился 2 часа 20 минут.
«По воспоминаниям ветеранов, весь берег был черным: там не осталось ни клочка снега. В секторе обстрела Довиденко было 22 огневые точки противника. И если одна из них открывала огонь, то все орудия начинали бить по ней, — отмечает Баир Климентьевич. — Симоняк сделал очень красивый жест: в береговые окопы он направил музыкальный взвод — в момент атаки музыканты исполнили «Интернационал» — гимн страны. Когда пушки замолчали, оркестр сразу грянул, и бойцы 136-й дивизии, услышав гимн страны, бросились в атаку. И в этот момент выпустили снаряды «Катюши».
Фашисты не успели прийти в себя после удара, и 136-я, наступавшая в центре, перебежала Неву практически без потерь.
Волховский фронт
В тыл фашистам должны были ударить силы Волховского фронта. В 11.15 они перешли в наступление. Однако оно развивалось с большим трудом: артиллерия не сумела подавить все огневые точки, а торфяные болота даже зимой не замерзали — увязали и тонули танки, личный состав продвигался медленно. Бои приняли затяжной и ожесточенный характер.
Где-то среди болот и переплетений дорог бился и рядовой пехотинец Владимир Молев.
«Искра» Владимира Молева
«Помню, нас посадили на танки. Мы тогда не знали, что это „Искра“, команда была простая: „Прорывайтесь. Не получится в одном месте — прорывайтесь в другом“, — вспоминал те дни кавалер ордена Славы, ветеран операции „Искра“, Владимир Дмитриевич Молев. — Три Т-34 выехали затемно, бойцы сидели на броне. Мобильная группа выбралась на шоссе Мга-Любань к утру. Внезапно немец ударил пулеметами. Танк начал разворачиваться. Мы, с 1f40 ;товарищем моим, Васиным, его прикрываем. Автоматчик соскочил с брони и начал бить в ответ, на звук, наступая. И, похоже, у них затвор заклинило. Один немец побежал, а со вторым наш паренек схватился врукопашную. Немец подмял нашего автоматчика, начал душить. Солдат кричит: „Ребята, помогите!“ И мы подбежали. Васин достал штык, ударил немца в горло. Тот хрипит, не умирает, и снег черным кажется. Я сказал: „Не мучай его“. И выстрелил прямо через каску. Убил. В первый раз увидел, глаза в глаза, как убил.
В этот момент по группе неприятель открыл огонь уже с другой стороны, только что спасенный автоматчик упал замертво. Офицер командует наступать и подавить огонь, а нас только двое осталось. Темно, лес, танк не знает, куда целить, пули свистят. И деревья кругом. Васин перебегает впереди, от дерева к дереву, где-то ползком. Я поддерживаю огнем. Идем на выстрелы. Нашли, наконец: слышим, как кто-то вскрикнул, упал. Попали. И вышли к блиндажу, оттуда кричат: „Рус, рус, ауфгебен!“ Сдаются. Взяли восемь человек».
Засада
Следующей же ночью Владимир возвращался на танке на передовую, снова на броне. К утру машина вышла на дорогу Мга-Любань, подтянулись и другие танки. Ожидание команды затягивалось. Только Молев отошел от машины, как она вспыхнула: в нее ударили прямой наводкой.
«Из темноты выскочил „Тигр“: лупил то болванками, то термитными. Танк вспыхнул от первого снаряда. „Тигр“ повернулся на месте, и сходу выпалил по второй нашей машине. Командира роты ранило, обожгло, мехвода убило на месте. Последний наш танк дал газу, завертел башней, всаживая в немца снаряд за снарядом. Мы вползли на броню, втащили раненых, а немец все продолжал по нам бить. Меня сшибло: один осколок прошил левое плечо насквозь, второй скользнул по ребрам и застрял под сердцем, — вспоминает собседник.
— Многих тогда убило. На оставшемя танке мы вернулись в часть. Врач шарила щупом у меня под кожей, в поисках осколка — рентгена-то не было. Боли почти не чувствовал, как-то застыло все, онемело. Только звон в голове и пальцы липкие. Так осколок и не нашли: я воевал с ним еще два года».
Итоги
«По факту, „Искра“ стала первым скоординированным полномасштабным ударом изнутри и снаружи блокадного кольца. Стоит отметить и высокий уровень подготовки войск. Как результат — блокада прорвана, противнику нанесен серьезный урон, взяты трофеи, пленные, захвачен новый танк — „Тигр“. Создание коридора дало возможность построить железную дорогу — „Дорогу победы“, что увеличило объем грузов, доставляемых в Ленинград», — резюмирует Баир Иринчеев.
Важен и психологический фактор — прорыва блокады ждали с 8 сентября 1941 года, это было огромное облегчение и радость для горожан. Более того, все эти события происходят одновременно со Сталинградской битвой — 1943 год начинался с триумфа. Все вместе это имело огромное значение — именно здесь становится ясно, что войну выиграет Советский Союз. Благодаря успеху операции стало возможно последующее полное снятие блокады".
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
«На грани жизни и смерти». Блокада глазами победивших голод и отчаяние 
История глазами детей. Сериал «АиФ» об ужасах войны увидели 16 млн человек 
Что ждет «Синявинские высоты»? Мемориал заметно преобразится 
Несломленная. 16 мая исполняется 110 лет со дня рождения Ольги Берггольц