5771

«Плохо слышу, хожу с палочкой». Как живут пострадавшие при теракте в метро

Сюжет Теракт в петербургском метро. Подробности
В результате теракта пострадали больше 100 человек.
В результате теракта пострадали больше 100 человек. © / www.globallookpress.com

3 апреля в петербургском метро произошел теракт. Тогда в 14.33 на перегоне между станциями «Сенная площадь» и «Технологический институт» 22-летний смертник взорвал самодельную бомбу. По данным МЧС, пострадали 103 человека, в том числе 16 погибли. SPB.AIF.RU рассказывает о том, как сложились судьбы тех, кто оказался в эпицентре взрыва и смог пережить тот страшный день.

Эва – живи!

Одной из пассажирок того злополучного поезда была 24-летняя уроженка небольшого города Сертолово Эвелина Антонова. Она оказалась в эпицентре взрыва. Террорист-смертник сидел рядом с ней, на соседнем месте, а потом встал напротив. Взрыв произошел буквально в шаге от девушки, которая получила серьезные колото-резаные травмы и сильный ожог лица. Нос был почти оторван… Ее доставили в НИИ скорой помощи имени И.И. Джанелидзе, где в тот же день провели первые операции. Врачам удалось спасти зрение Эвелины, но это было только начало. В ноябре 2017-го ей сделали очередную операцию по удалению осколков, а в декабре «сняли» некоторые шрамы на лице и теле.

Почти сразу же для поддержки Эвелины её одноклассники и близкие друзья открыли ВКонтакте группу поддержки с хэштегом #ЭваЖиви. На призыв о помощи откликнулись тысячи людей со всей страны. В итоге было собрано около 3 миллионов рублей. Эти средства очень нужны девушке, которой и сегодня требуются операции и серьезная реабилитация.

«К сожалению, не все операции закончены, - рассказала о себе на днях Эвелина. - Мне ещё предстоят несколько операций по восстановлению мягких тканей и хрящей носа, удалению рубцов. Точное время их проведения доктор пока не называет, все зависит от того, как будет происходить процесс заживления тканей, но очень надеюсь, что осенью все завершится… Когда все закончится, обязательно покажу вам, какой я стала. Недавно мне оформили инвалидность на год, пока в моей жизни это ничего не поменяло. Я стараюсь жить обычной жизнью, открывать для себя что-то новое, вспоминать что-то давно забытое. Читаю, гуляю, изучаю английский, встречаюсь с друзьями, посещаю врачей и разные процедуры. Всё реже и реже вспоминаю о том, что произошло год назад, хотя и понимаю, что это навсегда останется со мной».

 

После реабилитации Эвелина планирует найти работу в сфере управления персоналом. За год после трагедии девушка так и не решилась спуститься в метро.

«Ждём протез и операцию»

Также ехала в том вагоне и тяжело пострадала от рук террориста  жительница Гатчины Нина Погосова. «Она в сознании, но её беспокоят боли. Она в категории тяжелых из-за повреждений. У нее ампутирована конечность из-за обширного разрушения. Множественные переломы. Но прогноз для жизни благоприятный, я думаю», - так год назад описывал состояние 76-летней женщины Валерий Парфёнов, директор ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи имени И.И. Джанелидзе».

Именно Нине Погосовой попросил перечислить деньги, которые для него собрали жители города, машинист взорванного поезда. «Считаю, что мне ничего не надо, и решил передать их женщине, которая в данный момент находится институте скорой помощи им. И. И. Джанелидзе, ей ампутировали ногу», - сказал тогда Александр Каверин.

Эти средства и сейчас очень нужны Нине Иосифовне для оплаты и приобретения протезов, дальнейших операций. «Сегодня мама ездила в ЛОРНИИ на консультацию, ушко в неплохом состоянии, следующая консультация в конце мая, следующая операция в 2019 году», - рассказывает её дочь Алла. - Нас приглашают во Вредена (Российский научно-исследовательский институт травматологии и ортопедии им. Р. Ю Вредена – ред.). на операцию руки в октябре этого года, по поводу протеза пока новостей нет - ждём вызов».

«Скажите спасибо, что живы»

Официально признана пострадавшей и петербурженка Наталья Кириллова. Однако, по её мнению, она до сих пор не получила необходимого лечения и борется за свои права.

«Судьба распорядилась так, что в тот день я не только ехала в изувеченном вагоне, но и сидела недалеко от самого террориста Джалилова, - рассказывает женщина. - Видела этого негодяя, хорошо запомнила и потом описала следствию… Когда прогремел взрыв, ударная волна накрыла меня справа и слева. Куртку всю обсыпало осколками стекла, они забились в уши, и боль была такая, что я начала дико кричать. Как потом выяснилось, этим спасла барабанные перепонки. Кто молчал, тот практически лишился слуха».

Наталья Кириллова не может восстановиться после теракта.
Наталья Кириллова не может восстановиться после теракта. Фото: АиФ/ Елена Данилевич

«Скорая» привезла Наталью в Мариинскую больницу, где ей поставили диагноз - баротравма средней тяжести. Назначили лечение, но особого облегчения не наступало. Наоборот: начались панические атаки, перестало сгибаться ранее травмированное колено, а затем появилось сильное заикание, чего раньше никогда не наблюдалось.

«Спустя какое-то время из стационара меня выписали, - вспоминает пострадавшая. - Так как состояние ухудшалось, я пришла в свою поликлинику, где прямо сказали: «Ничем не можем вам помочь, у нас нет специалистов по контузиям. Готовы сделать только профилактические процедуры». Хорошо, что удалось попасть в госпиталь МЧС. Там я прошла специализированную аудиоэкспертизу, где и подтвердилось серьёзное повреждение внутреннего уха. Просила сделать операцию на колене, но отказали - нет квот».

В итоге сегодня, спустя год после теракта, у женщины развился логоневроз и аритмия, она плохо слышит, говорит и ходит с палочкой. Пыталась получить инвалидность, но безуспешно. За это время в медицинских документах почему-то изменилась и степень тяжести травмы. Из изначальной «средней» она стала «лёгкой», соответственно, компенсацию Наталья получила, исходя из новой классификации и считает, что материально её ущемили.

«В метрополитене, когда спросила, почему такие маленькие выплаты, ответили: «Скажите спасибо, что живы», - рассказывает Кириллова. - Это при том, что пенсия у меня 8 тысяч, а месячный курс некоторых лекарств стоит 12 тысяч рублей. Чтобы всё-таки добиться льгот, я дважды ездила в Министерство здравоохранения. По месяцу ждала приёма, занимала денег на дорогу. Повезло, что в Москве нашлись дальние родственники, которые терпели, пока у них жила. В феврале в Минздраве меня, наконец, приняли, однако вместо конкретного решения порекомендовали … пройти ещё одну экспертизу. Отчаявшись, написала подробное письмо Путину и опубликовала его на сайте Кремля. Через два дня раздался звонок: «Будем оформлять инвалидность». Сейчас прохожу необходимых врачей, но ничему и никому не верю».

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах