1696

Суп из кожаных ремней. Два года родители разыскивали маленькую Свету

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 38. Аргументы и факты - Петербург 20/09/2018

Уже 20 лет Светлана Анисимовна Путильцева свято хранит в душе мечту - встретить годовщину снятия блокады в родном Ленинграде. Но из далёкого сибирского города Ангарск, что в 150 км от Байкала, добраться до Северной столицы непросто. Да и средств на воплощение мечты у блокадницы нет.

Первый день войны 8-летняя Света встретила в детском оздоровительном лагере в Ленинградской области, куда школьников из города на Неве отправили сразу после окончания учебного года.

- Я очень скучала по родителям, как будто предчувствовала долгую разлуку с ними. Всем рассказывала об отце. Он был военным штурманом и увлекался мотогонками. Рёв его мотоцикла я помню до сих пор. Мама и папа занимались спортом и меня приучали к этому. Но 22 июня эта сказка кончилась… 

Опустевший дом

Когда стало известно, что началась война, наступил настоящий хаос. Вожатые и другие работники лагерей в страшной неразберихе стали отправлять детей обратно домой. Светлана Анисимовна до сих пор помнит, как они возвращались в Ленинград, а железную дорогу, по которой ехал поезд с воспитанниками, безжалостно бомбили. 

- Мы чудом добрались до дома. Были моменты, когда казалось, что всё, конец - бомбы разрывались совсем рядом. Шептали молитвы, закрывали ладошками уши и зажмуривали глаза, - вспоминает 
она.

Добравшись до дома на улице Красного Курсанта, маленькая Светлана вбежала в квартиру, но родителей уже не застала. Отца отправили на оборону Ленинграда - Анисим Покровский маскировал аэродромы, участвовал в эвакуации населения. Мать вместе с другими женщинами уехала под Кингисепп рыть окопы. 

- Я увидела запылившуюся мебель и поняла, что здесь давно никого не было. Соседи подтвердили опасения: родители ушли на войну. Тогда я побежала к маминой подруге Мусе Преображенской. Она была её однокурсницей в Ленинградском институте советской торговли, - вспоминает Путильцева.
В этой семье девочка и прожила страшные месяцы блокады. От голода спасались, как могли. Светлана Анисимовна хорошо помнит, как в самые тяжёлые дни Муся придумала сварить и съесть кожаные ремни. Конечно, от подобной  еды наступало лишь временное облегчение. Но голод был такой, что ели абсолютно всё, что жевалось. 

При этом и дети, и взрослые вопреки всему продолжали учиться и работать. Обессилевшие, истощённые, голодные школьники каждый день ходили учиться, не считая войну и бомбёжки поводом для пропуска уроков. 

- Мы доказывали врагу, нашей стране и прежде всего - самим себе, что жизнь продолжается и никто нас не сломит, - дрожащим от нахлынувших воспоминаний голосом говорит Светлана. 
Школьные учителя, видя отвагу детей, поддерживали их, говоря, что терпение и мужество помогут всем остаться людьми. Они учили ценить каждый день жизни и безоговорочно верить в 
победу.

Дирижабли над крышами

Для поддержания боевого духа солдат маленькая Света ходила в госпиталь вместе с Мусей, где та служила. Девочка пела, рассказывала раненым стихи, танцевала. Повеселевшие солдаты давали маленькой артистке лакомство - картофельные очистки. Их Светлана редко съедала одна - чаще всего делилась с девочкой-соседкой. 

- Когда привыкла к госпиталю, к изувеченным солдатам, стала помогать взрослым стирать окровавленные бинты. В глазах до сих пор стоят ванные, полные крови. Это было страшно, - вздыхает пенсионерка. 

Каждый раз, приходя в больницу, Светлана больше всего боялась увидеть там тяжелораненых родителей. Они же в это время переживали о дочери: отец тщетно выискивал родное маленькое лицо среди толпы эвакуирующихся. 

Фото: Public Domain

Света хорошо запомнила огромные дирижабли, висящие над ленинградскими крышами. Громадные советские аэростаты выглядели угрожающе. Помнит она и то, как с Мусей крест-накрест оклеивали окна, чтобы стёкла не разлетались от взрывной волны. 

Самая первая блокадная зима стала страшным испытанием. Морозы стояли долгие и сильные, ветер не щадил измождённых людей. Светочка прижималась к буржуйке в госпитале, но стоило выйти на улицу, как от стужи детские ручки вздувались. Впрочем, по признанию блокадницы, остались от тех дней и другие воспоминания. 

- В осаждённом городе работали театры. В один из них мне удалось попасть на премьеру пьесы «Фауст», - делится воспоминаниями Светлана Анисимовна. - Актёры старались, как могли. И я так поверила им, что в момент, когда появилась голова чёрта, сильно испугалась. 

Встреча с родителями произошла лишь спустя два тяжёлых блокадных года. 

Воссоединившаяся после войны семья бросила квартиру в Ленинграде и уехала жить в Челябинск, где Анисим Покровский преподавал в высшем штурманском училище.

- Наше с братьями и сёстрами здоровье после пережитого было слишком слабым. Оставаться на Северо-Западе, по мнению родителей, было опасно. Они выбрали место с более мягким климатом, - рассказывает женщина.

Мирное небо - огромное счастье

Много лет она писала тёте Мусе благодарные письма. В них делилась радостями и печалями своей жизни. 

В Челябинске Светлана вышла замуж за офицера. С мужем отправилась на службу в Беларусь. А в 24 года внезапно овдовела, оставшись с двумя маленькими детьми на руках. Но это не сломило закалённую блокадой девушку. Она нашла в себе силы закончить училище, из которого потом по распределению её отправили в Сибирь, молодой ещё город нефтехимиков - Ангарск.

- Я здесь живу с 1963 года. Лишь на некоторое время пришлось вернуться в Челябинск, когда отец тяжело заболел. В итоге родители умерли практически в один день - так сильно любили друг друга, - говорит Путильцева.

В Ангарске Светлана Анисимовна успела поработать на разных предприятиях. Больше всего здоровья отдала Ангарскому нефтеперерабатывающему заводу. Сначала трудилась там оператором установок. Жёсткие сроки выполнения работ вынуждали нарушать технику безопасности - даже надеть средства индивидуальной защиты было некогда. 

Спокойнее вздохнула только тогда, когда пошла на повышение и стала хозяйкой кабинета старшего инженера. 

После выхода на пенсию сидеть дома не смогла и устроилась на швейную фабрику в отдел снабжения. Это стало новой интересной вехой в её жизни. Женщина с удовольствием ездила в командировки по России. В 1997 году удалось побывать и в родном городе. Во время визита в Северную столицу Светлане Путильцевой удалось разыскать и встретиться с той самой тётей Мусей Преображенской, на тот момент уже очень пожилой. Сейчас её нет в живых.

Вспоминая тяжёлое детство, блокадница уверена: нынешнее чистое небо над головой - само по себе огромное счастье. Стойкий характер и железное терпение помогли женщине справиться даже с онкологией, которую вдруг выявили у неё в 75 лет.

Большую поддержку блокадникам оказывает ангарский совет ветеранов. Его председатель Александр Бондарчук помог в прошлом году Светлане Путильцевой заменить окна, выделив деньги из фонда совета.

Но всё-таки обижается она за слишком скромную «блокадную» прибавку к и без того небольшой пенсии.

- Доплачивают 500 рублей в месяц. Но разве ж на эти деньги что-то купишь? Разве что три с половиной килограмма яблок, - сетует пенсионерка. 

Возмущена она и тем, что блокадников не освобождают от взносов на капитальный ремонт.
- Долго ли нам жить осталось? Всегда исправно платила квартплату, но ремонта не делал никто, а теперь ещё и дополнительно собрать решили.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5

Самое интересное в регионах