230

«Портал в ад». Кто отвечает за интернет-травлю и как защитить свои права

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 46. Аргументы и факты - Петербург 11/11/2020
Сеть открыла своеобразный «портал в ад», столкнув разные культуры, их представление о сатире и юморе.
Сеть открыла своеобразный «портал в ад», столкнув разные культуры, их представление о сатире и юморе. / pixabay.com / pixabay.com

11 ноября - День борьбы с кибербуллингом в России. Однако ежегодно число жертв травли в интернете только растет. Ситуация настолько накалилась, что российские сенаторы и депутаты предложили ужесточить наказание за оскорбление в виртуальном пространстве.

Как защитить свои права в соцсетях? Есть ли пределы у шуток?  Рассуждает доктор юридических наук, завкафедрой теории и истории государства и права СПбГУ, эксперт в области правовых аспектов компьютерных игр Владислав Архипов.

Доказать, что не «мерзавец»

Ольга Сальникова, SPB.AIF.RU: Россия входит в число стран-лидеров по кибербуллингу. Можно ли с этим бороться правовыми способами? В частности, засудить человека за негативный комментарий?

Владислав Архипов: Исторически в основе создания интернета и соцсетей лежала идея полной свободы слова, но сегодня мы видим, что цивилизованно пользоваться этим благом умеют не все. И практически каждый сталкивался с троллингом, а нередко и становился жертвой скоординированной травли, которая часто возникает в сети без реального повода. Что с этим делать? С одной стороны, отношения в интернете для закона ничем принципиально не отличаются от реальных. И если кто-то оскорбляет пользователя в комментариях - это может рассматриваться как нарушение права на честь и достоинство, о котором говорится в Гражданском кодексе. Человек может подать в суд на интернет-обидчика и наказать его. Для этого нужно будет доказать три вещи: факт распространения (в данном случае это легко), порочащий характер информации и ее несоответствие действительности.

Но… Здесь часто возникают технические проблемы. Как найти ответчика - ведь интернет-тролли зачастую не регистрируются под настоящими именами? Да, можно обратиться в социальную сеть, инициировать процесс, который поможет установить реальную личность нарушителя. В некоторых случаях даже пожаловаться в правоохранительные органы, но все это требует большой мотивации и моральных сил.  А когда обидчик находится еще и в другом государстве - это фактически нереализуемая задача. Поэтому в борьбе с интернет-травлей бóльшая часть ответственности пока лежит на самих соцсетях. Именно платформы должны следить за соблюдением закона на своей территории, как это они уже сейчас успешно делают в области авторского права.

- Где грань между «легким троллингом» и травлей? Ведь для одного слово «мерзавец» комплимент, а для другого - оскорбление.

- Троллинг содержит элемент провокации, который, в отличие от травли, не нацелен на социальное уничтожение человека и унижение его достоинства. Травля предполагает серьезное психологическое воздействие. Как правило, проводится специальная лингвистическая экспертиза, учитываются все обстоятельства, и в зависимости от этого слово «мерзавец» может быть признано как оскорбительным, так и нет.

- Как вы относитесь ко всевозможным мемам и интернетовским шуткам? Стоит ли регулировать то, над чем можно смеяться?

- Должны ли быть у шуток границы - сложный вопрос.  И здесь законодательство нам ситуацию не проясняет. Еще 20-30 лет назад об интернет-мемах россияне ничего не знали, а сейчас они стали элементом массовой культуры. Однако четких критериев, какую информацию считать неподобающей, нет - если только речь не идет о совершенно очевидных ситуациях (откровенный экстремизм, наличие в контенте прямо запрещенной информации вроде дет- ской порнографии и т. п.). Это усугубляет ситуацию и вызывает множество конфликтов. То, что за рубежом некоторыми считается сатирической традицией, в Петербурге может показаться диким и неприемлемым. В частности, карикатуры Charlie Hebdo на катастрофу А321 над Синайским полуостровом, которая унесла жизни 224 человек. Для города и страны это стало настоящей трагедией, и вряд ли кто-то оценил такую «сатиру» по достоинству. Конечно, если бы не было интернета, мы бы все это «творчество» не увидели. Но получается, что сеть открыла своеобразный «портал в ад», столкнув разные культуры, их представление о сатире и юморе.

К слову, точно так же сторонники движения Black Lives Matter (Жизни темнокожих важны - англ.) в США сочтут оскорбительным множество наших шуток. Что делать? Есть гипотетическая идея о регулировании интернета, которую некоторые пытаются применить на практике. Она сводится к тому, что если к сайту есть международный доступ, на нем лежит обязанность учитывать законы и традиции всех стран. Но фактически это невозможно. Наиболее реальный путь - блокировка контента, если тот противоречит культуре и является оскорбительным для конкретного государства.  И вряд ли это будет ущемлением свободы слова, если речь идет о базовых ценностях культур.

Игры - это не зло

- Сегодня за всеми громкими уголовными делами следят миллионы пользователей в интернете: начиная с видео с места преступления и заканчивая вынесением приговора. Как это влияет на процесс?

- Мы входим в эпоху нового уровня публичности в повседневной жизни. И с одной стороны, общественное внимание может быть полезным, так как обеспечивает открытость судебного процесса, оставляя все меньше шансов для злоупотреблений. Шум, поднятый в соцсетях, вероятно, может помочь спасти невиновных от скамьи подсудимых и отправить туда преступников. С другой - толпа в сети очень скора на расправы и готова линчевать человека без суда. Это страшно. Поэтому правосудие все же не должно зависеть от сиюминутного настроения пользователей.

Вообще, в наше непростое время глобального интернета два умения становятся просто жизненной необходимостью. Это эмпатия - попытка понять собеседника, не разжигая конфликт. И критическое восприятие информации, которое поможет отличить фейк от правды.

- Из-за пандемии коронавируса продажа компьютерных игр выросла в полтора раза. Некоторые эксперты бьют тревогу, считая их злом.

- Подобное отношение к компьютерным играм характерно для людей с технофобией и боязнью всего нового. На самом деле игры - лишь способ передачи информации, нейтральный феномен, который может быть использован как во благо, так и во зло. Так же, как и книги. Сегодня есть игры, которые можно назвать произведениями искусства, - они несут эстетический смысл и могут претендовать на художественную глубину наравне с литературой и кинематографом. Большинство игр развивают память, внимание, не дают снижаться интеллектуальным навыкам. Поэтому если игра не мешает личной и профессиональной жизни человека, не идет в ущерб семье, учебе в школе или университете, никаких «тревожных звоночков» тут нет.

Кстати, благодаря увлечению видеоиграми я в подростковом возрасте выучил английский язык. Родители позволяли мне играть продолжительное время - при условии, что я буду делать это на английском языке со словарем под рукой. Так у меня сформировался значительный словарный запас, исчез блок на письменное и устное общение. 

- В этом году киберспорт (соревнование на основе видеоигр) признали олимпийской дисциплиной второго уровня. Означает ли это, что вскоре он может быть включен в программу Олимпий- ских игр, и сидящие за «стрелялками» сутки напролет школьники могут говорить своим мамам, что готовятся стать чемпионами?

- Компьютерные игры в целом и киберспорт в частности идут по пути социального признания: от чего-то маргинального до олимпийской дисциплины. Киберспорт уже собирает миллионы зрителей у экранов, а доходы входящих в топ игроков довольно высоки. Чтобы стать киберспортсменом, нужно продемонстрировать пик своих интеллектуальных способностей, памяти и концентрации внимания, а не просто уметь играть в «стрелялки». И тут родителям надо понимать, действительно их ребенок талантливый киберспортсмен или просто отлынивает от обязанностей под видом «подготовки к соревнованиям».

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5

Самое интересное в регионах