334

Андрей Кагадеев: Мы развиваем смеховую идею

Все условно

Андрей Кагадеев: - Как группа мы начали что-то сочинять и творить в 1987 году, и в результате к 89 году у нас появился первый альбом, первая концертная программа. Тогда мы не собирались этим серьезно заниматься. Поучаствовали в каком-то конкурсе - прошли. И как-то закрутилось. И сейчас, спустя 20 лет, решили эту программу возобновить. По сути, это путешествие в прошлое, машина времени, возвращение в то время.

«АиФ – Петербург»: - А зачем вам это нужно?

Андрей Кагадеев: - Во-первых, подведение итогов. А во-вторых, было действительно хорошее время. Мы были полны идеями. Сейчас появилась возможность показать наше шоу тем, кто этого не видел. И нам самим тоже интересно встряхнуться. Хотя творческий процесс идет каждый год.

«АиФ – Петербург»: - Насколько я понимаю, в концерте примут участие все участники команды? (интервью было записано перед концертом 5 января 2010 года).

Андрей Кагадеев: - Ну, да, практически. Все, кто остались живы, и кто может участвовать. Приедет из Женевы наш композитор и знаменитый оперный бас – Александр Ливер. По сути, выступление было под него подстроено. Поскольку он человек работающий, только два раза в году имеет отпуск. Это как раз новогодние каникулы.

«АиФ – Петербург»: - Часто творчество «НОМ» характеризуется, как «ироничный рок».

Андрей Кагадеев: - Ну, можно так назвать. Хотя мы себя не ограничиваем, рок это или не рок, потому что, честно говоря, все очень условно.

«АиФ – Петербург»: - Многие воспринимают творчество группы как некий прикол.

Андрей Кагадеев: - Когда мы все это начинали, пытались определить направление в творчестве, как развитие принципов идиотизации драматических проявлений действительности.

«АиФ – Петербург»: - То есть была некая платформа, идея, которая была воплощена?

Андрей Кагадеев: - Ты даешь платформу, взгляд на мир. Как Зощенко пишет: «Я с детства понял, что у меня очень острый взгляд и замечания на все стороны действительности». Вот приблизительно так же.

«АиФ – Петербург»: - Но с возрастом концепции меняются, люди меняются. Что изменилось с того времени конкретно у вас?

Андрей Кагадеев: - Концептуально ничего. Как попали в свою ниву, так и продолжаем. Мы себе не изменили. За это время насочиняли миллионы всего, навыпускали альбомов и кино начали снимать, и выставки устраивать, но, на мой взгляд, это все укладывается в нашу концепцию, сложившуюся ещё двадцать лет назад. Сказать, что это утопия…Хорошая не ангажированная сатира. С возрастом понимаешь, что желание изменить мир к лучшему - это утопия. Ничего не меняется.

«АиФ – Петербург»: - То есть, нет возможности ничего поменять?

Андрей Кагадеев: - Как показывает природа, человек мало меняется. Кто-то философствует на эту тему, кто-то смеется и не согласен.

«АиФ – Петербург»: - Допустим, в то время все хотели изменить мир к лучшему, и сложилась веселая команда. Сейчас другое время. Люди повернулись в сторону коммерциализации.

Андрей Кагадеев: - Раньше за тебя кто-то думал. Сейчас такого нет: вот тебе мир свободный – и вперед.

«АиФ – Петербург»: - Тяжело сейчас зарабатывать деньги?

Андрей Кагадеев: - Да их, наверное, всегда тяжело было зарабатывать. Особенно таким трудом, как у нас. Это нестабильно. Быть свободным художником.

«АиФ – Петербург»: - Можно ли увидеть ваши клипы и фильмы по ТВ, услышать по радио?

Андрей Кагадеев: - Когда-то мы были в формате программы «Взгляд». Время изменилось. Теперь, конечно, НОМ на ТВ не увидишь. Эпизодически разве что. Телеканал «A-1» показал концерт, например. Но, грубо говоря, мы не в формате, не ротируемся. У нас нет продюсера, который бы нас продвигал. Мы все себе сами придумываем.

«АиФ – Петербург»: - У меня сложилось впечатление, что у вас такая элитарная музыка получается.

Андрей Кагадеев: - Как сказать. Мы уже двадцать лет выступаем, в любом случае – это клубная культура, и ходят туда не наши ровесники, а гораздо более молодые люди. Значит, мы находимся в каком-то формате, занимаем соответствующую нишу.

Теория твердой Вселенной

«АиФ – Петербург»: - Во многих ваших проектах принимают участие известные актеры…

Андрей Кагадеев: - Им интересно! В последнем фильме «Звездный ворс. Космическая эпопея» приняли участие известные личности. В главной роли играет Сергей Шнуров, снялись Александр Лаэртский, Сергей Михалок (Ляпис Трубецкой), Роман Трахтенберг, мы. В эпизодах - Татьяна Лазарева, даже Борис Немцов сыграл. Всем было интересно. Это говорит о том, что мы не совсем элитарные, откуда-то о нас знают. Мы снимали этот фильм два года. Большей частью закончили. Осталась компьютерная графика.

«АиФ – Петербург»: - Они снимались бесплатно?

Андрей Кагадеев: - Да. У нас не продюсерские съемки. Есть какие-то пожертвования, ведь надо арендовать павильон, платить за свет… Все остальное – это просто компания творческих людей.

«АиФ – Петербург»: - Кто режиссер фильма?

Андрей Кагадеев: - Я. У меня есть ещё соавтор. В 2000-м году познакомился с художником Николаем Копейкиным. Мы как-то очень быстро нашли общий язык. И многое делаем вместе: пишем сценарии, у нас совместные выставки. Если провести аналогию с телевидением, то, что мы делаем, можно сравнить с «Летающим цирком Монти Пайтона». С 90-х годов снимали музыкальные видео, сюжеты или просто какие-то комические сценки, где было возможно. А с 2000-го года мы стали снимать полнометражные фильмы. «Звездный ворс» - это наш пятый фильм.

«АиФ – Петербург»: - О чем он?

Андрей Кагадеев: - Это, конечно, трудно сказать…

«АиФ – Петербург»: - Концепция, идеология?

Андрей Кагадеев: - Это притча… Всё, что мы делаем - развиваем смеховую культуру и комедии. То, что у нас сейчас в стране происходит, меня никак не устраивает. Мне больше нравятся традиции старого Гайдая, а не стендап камеди и пошловатая «КВНщина».

Действие нашей картины происходит в XXIII веке. В фильме есть научная подоплека. В данном случае - это «теория твердой Вселенной». То есть мы живем не на выпуклой поверхности, а на вогнутой. Таким образом, если лететь в Космос, то надо лететь не в небо, а зарываться в землю. Это космогония нашего фильма. И путешествие во Вселенную происходит таким образом. Собирается команда, где каждый ищет своё: кто-то Бога, кто-то денег, а кто-то вообще подлый лазутчик. В результате, каждый находит то, что ищет. Это в двух словах.

«АиФ – Петербург»: - Вы как раз упомянули юмор, «КВНщину». Вам не кажется, что из-за засилья подобных передач мы уже отвыкли воспринимать что-то более изысканное?

Андрей Кагадеев: - Распространение подобного юмора меня тоже удивляет, но есть же какое-то американское кино с нормальным юмором, значит, есть люди, которые его делают. У нас «поляну» держат определенные люди с определенными представлениями о том, какой должен быть юмор.

«АиФ – Петербург»: - Где же тогда можно будет увидеть ваше кино?

Андрей Кагадеев: - Это пятый фильм. До прошлого года – мы выпускали DVD, сегодня «коробочка» умирает, можно все скачать. Это даже от нас не зависит. Дальше – фестивали. У всех наших фильмов была счастливая судьба. Первый получил Гран-При на Московском независимом фестивале «Стык» и в 2005 году ездил на Роттердамский Международный фестиваль. Последний наш «Фантомас» был на «Киношоке», получил диплом. Гай Германика была председателем жюри. Так или иначе, это все где-то показывается. Другое дело – прокат. Прокатом занимается несколько компаний. Наша задача – сделать фильмы, предложить для проката вот этим отечественным фирмам.

«АиФ – Петербург»: - Вы предлагаете?

Андрей Кагадеев: - Фильм еще не готов. У нас нет своей прокатной сети. Прокатная сеть – это сеть кинотеатров, это большие деньги. У нас пока нет таких средств. И все, что мы можем - это сами что-то организовать. Например, последний фильм «Фантомас снимает маску» мы показывали в кинотеатре «Родина». Договорились с кинотеатром, сделали рекламу сами. И все – был аншлаг.

Мы не очаровываем зрителя

«АиФ – Петербург»: - Расскажите, пожалуйста, про проект «КОЛХУИ» - Колдовские Художники 

Андрей Кагадеев: - Это изобретение Николая Копейкина. Если я отвечаю за режиссуру и кино, то в нашем тандеме за художественный сектор отвечает Николай. «Колдовские художники» - его термин, им придуманный. К 2000-му году, когда я с ним познакомился, он уже провел несколько своих выставок. Поскольку он оказался нам близок, мы решили проводить время от времени коллективные выставки. Выставок у нас было пока три. Первая – «Человек, Магия, Общество», т.е. аббревиатура – «ЧМО». Вторая «ТАРТАРАРЫ» - «Тюрьма, Армия, Ресторан». И последняя – «ЛИБИДО». Расшифровывается она так: «Ленинградский Институт Брака и Домашнего Очага». На этой выставке было представлено все, что касается отношений полов. Это злая сатира. Мы не очаровываем зрителя, как у нас в Манифесте написано, а разочаровываем. Предлагаем посмотреть на всю неприглядность, но с художественной стороны, естественно.

Буквально на третий день выставки «ЛИБИДО» мы были заклеймены газетой «Московский Комсомолец». Статья была анонимной, неподписанной. Называлась она так: «Митьки пригрели порнографию». Даже Шагин ходил в редакцию и спрашивал, кто написал. Терминология была суперотточена, будто это ещё при Сталине писалось. Типа эти неформалы, которых с позором выгнали из Москвы, были вынуждены сбежать в Питер и теперь их пригрел Митя Шагин, всеядный обласканный властями Митя Шагин. Только призыва «всех расстрелять» не хватало!

«АиФ – Петербург»: - Вы же сами хотели раздражать зрителя.

Андрей Кагадеев: - Но это художественно. Это же не политическая акция! Это картины. Мы посмотрели на всю историю брака нашей страны. Здесь есть и фольклор, который не мы придумали, это тупейший похабнейший фольклор. Мы показали: «Вот! Посмотрите!». Тем не менее, эта выставка вызвала такое возмущение. Видимо, в нашей пуританской стране, эту тему не готовы обсуждать. Сразу навешивают ярлык «порнография».

«АиФ – Петербург»: - Вы интересуетесь политикой, тем, что в стране происходит?

Андрей Кагадеев: - Ну… Это к нашему творчеству вообще не относится. Какие-то бывают произведения, которые имеют легкий политический окрас.

«АиФ – Петербург»: - Вы пишите басни. Любите притчи, басни, с намеком…

Андрей Кагадеев: - Мне нравятся теги, аллюзии, сочетания вещей. Это мне кажется интересным.

 

«АиФ – Петербург»: - У вас подобрался достаточно интересный коллектив, все такие талантливые.

Андрей Кагадеев: - Все с высшим образованием, да. А неталантливые не выживали просто.

«АиФ – Петербург»: - А как на счет задора? Когда ты молод и свиреп, задора много, много идей…

Андрей Кагадеев: - Мы же не только скакали козлом, мы что-то делали. С возрастом пропадает задор и молодость, зато растет профессионализм. Может уже не с таким задором, зато с большим цинизмом и профессионализмом тоже самое делаем.

«АиФ – Петербург»: - Цинизмом?

Андрей Кагадеев: - Ну, да, это немножечко не тот термин. Более интересует сам арт-продукт. Текст, песня получившаяся. И ты понимаешь, что в ее содержание заложен твой взгляд.

«АиФ – Петербург»: - А кто из современных деятелей культуры вам нравится? Кто вам близок?

Андрей Кагадеев: - Писатель Михаил Елизаров. Как только мне в руки попали его книжки, я с ним познакомился. И мы уже даже с ним на концерте играли.

«АиФ – Петербург»: - Быстро! А художники?

Андрей Кагадеев: - Да больше музыканты. Мне нравится группа «Аукцион», она, по-моему, идеальна для Питера. Другие группы распались или просто им стало нечего говорить, кто-то под целевую аудиторию подстроился, как, например, «Алиса». Она стала популярна у подростков. В результате, Кинчев и в шестьдесят лет будет вынужден петь для подростков.

Смотрите также:

Оставить комментарий (2)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах