68

Андрей Ургант и двое других

— Правда ли, что роль Подходцева в спектакле «Двое других» проецируется и на вашу жизнь?

— Абсолютная правда. Когда-то в Петербурге были три приятеля — Андрей Краско, Аркадий Коваль и я. Были, потому что Андрюши Краско уже нет. И мы жили абсолютно так, как герои спектакля, — а вместе со мной играют Максим Леонидов и Алексей Кортнев. Мне эта история близка, такие совпадения редко бывают.

Мой Подходцев — одинокий человек, он приютил у себя в доме «двоих других» еще и потому, что они показались ему людьми необычными. Он не может общаться с кем попало, а совсем не общаться — грустно.

— В жизни вы сразу чувствуете, «ваш» человек или нет?

— Я вообще, возможно, не чувствую людей, просто проникаюсь доверием и влюбляюсь в них. Если ошибаюсь, то не делаю из этого трагедии, если не ошибаюсь — это для меня праздник. В последнее время стал вести более замкнутый образ жизни. Поэтому мне достаточно тех моих приятелей и друзей, которые уже есть на этом свете.

— Ваш отец работал вместе с отцом Максима Леонидова в Театре комедии. С Максимом общаетесь с детства?

— В последнее время в гости друг к другу ходим нечасто, хотя оба — радушные хозяева, Макс очень хорошо готовит. Но он тоже стал жить довольно замкнуто, в загородном доме. Ему достаточно семьи. Он еще не напился этого сладкого воздуха. Все-таки у него довольно поздно появился ребенок, Макс хочет отдавать время ему, а, как известно, время — самое дорогое, что есть у людей.

— Глядя на дочку Максима, не захотели ли и вы в третий раз испытать радость отцовства?

— Я уже прожил эти этапы. У меня взрослые дети и даже есть трехлетний внук.

— Ваша мама — известная актриса. Наверняка, в дет.стве она не могла уделять вам много внимания…

— Мама уделяла мне столько внимания, сколько положено. По-моему, детям не нужно особенно много родительского присмотра. Они дарят детям жизнь, а потом уже как Бог на душу положит.

— Нина Николаевна была гостем программы «Вечера на Моховой». Вам было комфортно интервьюировать маму?

— Сначала я подумал, что это будет воспринято как семейственность, потом — что это абсолютно неважно. А с мамой мне было удобнее, комфортнее как с партнером по съемке, чем со всеми остальными.

— Вам нравится задавать вопросы, выступать в активной роли?

— Когда разговаривал с Николаем Фоменко, мне не пришлось выступать в активной роли, потому что его было невозможно остановить. Когда беседовал с Михаилом Пореченковым — пришлось постараться.

— Есть приглашения сниматься в кино, в сериалах?

— Несколько раз отказался от долгоиграющих сериалов. Это совершенно кабальные условия: ни вправо, ни влево — никакой жизни. Даже если становишься очень популярным после подобного проекта, я не могу пойти на то, чтобы меня называли не Андрей Ургант, а по имени моего героя. Как бедных «ментов» — уже забыли, как кого зовут по-настоящему.

Может быть, у меня планка слишком высокая. Насмотревшись фильмов с Марлоном Брандо, Павлом Луспекаевым, Аль Пачино и Джеком Николсоном, я уже не могу иначе. Вообще, я не считаю себя настоящим актером кино, вот в театре я кое-что умею.

— Чье мнение вам важно?

— Есть моя «планка», есть мама, есть сын. Этой «тройке» я доверяю.

— Вы как-то сказали, что вы с Ваней ровесники. Вы такой молодой или он такой взрослый?

— Мы оба подсуетились. Ивану 28, а мне 50. Иван родился, когда мне был 21 год. Довольно молодой папа. А чем дальше идут годы, тем большими ровесниками мы с ним становимся. Тем более что Ваня очень интенсивно начал свою карьеру. Я радуюсь, он ведет себя как мужчина и в работе и в жизни.

— Чем занимается ваша дочка?

— Она живет в Голландии и ничем не занимается. Есть такие страны, в которых можно ничего не делать и все равно тебе не дадут ни с голоду помереть, ни униженным быть.

— Вы бы хотели жить в подобной стране?

— Нет, я бы умер от тоски! Мне нужно работать, выходить на сцену, общаться с публикой.

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах