aif.ru counter
Елена ДАНИЛЕВИЧ 465

«Мечтаю наесться борща!» Даже в благополучных семьях детей бьют и морят голодом

Отец-бизнесмен избил дочь электрическим шнуром так, что сломал ей нос и челюсть. Другой папа-адвокат бил ногами сына за то, что...

Эти дикие истории недавно произошли в Петербурге, а истязателями были с виду добропорядочные родители. Что же с нами происходит, если родного ребёнка мы готовы забить до смерти из-за банки косметики?

Год не разговаривала

На больные вопросы пытаются найти ответ и в городском приюте «Ребёнок в опасности» - единственном такого рода в России.

- Работа у нас «бисерная», - говорит директор Надежда Бондаренко. - Чтобы расследовать дело, ребёнок должен сам раскрыться, сказать, что с ним произошло. Это сделать трудно: как правило, после всего случившегося подросток замыкается, более того, часто считает, что сам виноват. Ведь насилие совершил чаще всего родственник или близкий человек - для неокрепшего сознания это страшный надлом. Есть методики, тесты, терапия, позволяющие вывести из такого состояния, но иногда толчком служат просто сильные эмоции.

У нас была изнасилованная девочка, которая от стресса год не разговаривала. Ей - 7 лет, в школу идти, а она молчит. Помог случай: как-то я взяла её с собой на венчание. Идёт красивый обряд, и вдруг Аня тихо говорит: «У меня никогда не будет такой белой свадьбы». И - прорвало. Стала со всеми общаться и психологу рассказала всё, что с ней произошло.

Приют на улице Решетникова, 9, - это скорая социальная помощь. За 20 лет работы его воспитанниками стали около 3 тыс. человек. Детей от 5 до 18 лет здесь спасают от насилия, помогают избежать суицидов, семейных ссор, непонимания. С ребятами работают врачи-психиатры, социальные работники, психологи, круглосуточно на посту медсестра. Для каждого составляется индивидуальная программа реабилитации. Рекомендации даются и воспитателям, вплоть до того, каким тоном разговаривать с подопечными. Все учатся в 371-й школе, а летом отдыхают в оздоровительном лагере. Пострадавший может находиться здесь год и больше, пока специалисты не найдут выход, а сделать это непросто.

- Как-то привезли двух сестёр и брата, 5, 7 и 9 лет - все с признаками насилия, - продолжает Надежда Бондаренко. - Однажды доставили мальчика, которому пьяный отчим нанёс несколько ножевых ранений, выбил глаз. После этого ребёнок перенёс восемь операций. Никогда не забуду и 13-летнюю девочку, её не только изнасиловали, но и поиздевались - обрили наголо.

Чаще всего преступление совершают мужчины - сожители, гражданские мужья, отчимы. Где всё это время находится мать? Трудно поверить, но часто кошмар происходит на её глазах…

- Наверное, наше общество серьёзно больно, потому что сейчас пошли такие матери: ребёнок изнасилован, а она защищает мужчину, - не скрывает горечи Надежда Бондаренко. - Одна так и сказала: «Чем он будет по другим б… ходить, пусть с дочкой моей живёт». Сейчас увеличилось число семей, где дети воспитываются одним отцом. Мать уехала и о прежней семье не вспоминает. В прошлом году заочно лишили родительских прав мать двух девочек 12 и 14 лет. Так и живут с отцом в общежитии.

Не умеют любить детей

Парадокс, но специалисты говорят, что родители сегодня сами «педагогически запущенные». Не умеют любить детей, о них заботиться. Состоятельные, непьющие, образованные, а ребёнку - никакого внимания. Девочка не помнит, чтобы папа её обнимал. Причём чаще всего денег на дорогую одежду, гаджеты они не жалеют и хотят, чтобы младшее поколение соответствовало статусу. А если нет… В одной такой семье ребёнка избили в присутствии гостей. Тот получил в школе двойку по физике. В наказание отец велел наизусть выучить едва не пол-учебника. У мальчишки из носа и ушей пошла кровь…

Как правило, доставляет маленьких подранков полиция, но нередко приходят и сами. Их обследуют, фиксируют следы побоев, решают, чем помочь. Многие поступают с хроническими болезнями, ослабленные из-за постоянного недоедания. На вопрос «О чём мечтаешь?» отвечают: «Наесться борща». Недавно поступил мальчик, голодный, как собачонка. Мать с отцом три дня пили, а его всё это время держали взаперти. Для таких создают щадящий режим и отправляют в санаторий. Впрочем, на пятиразовом питании и в комфортных условиях они быстро идут на поправку, а вот душевные раны затягиваются дольше.

…В приюте хорошо помнят одну из воспитанниц - от отцовских побоев она прыгнула с третьего этажа. Чудом не разбилась. Марине всем миром помогали встать на ноги. И получилось. Закончила школу с золотой медалью, сейчас у неё своя семья. Семья, где нет места жестокости.

Наталья Евдокимова, правозащитник:

- В обществе идёт переоценка ценностей. Такое чувство, что чёрное и белое поменялись местами. Ещё 20 лет назад оставить ребёнка в роддоме было трагедией для матери. Сейчас - никаких проблем. Заявления пишутся легко, а суррогатное материнство приветствуется и для многих молодых женщин становится прибыльным бизнесом. Укоренился принцип - жизнь коротка и надо схватить всё, насладиться по максимуму. Ребёнок при таком раскладе мешает. Конечно, потом спохватываются, но поздно. Если раньше в детских домах в большинстве воспитывались малыши, действительно оставшиеся без родителей, то сейчас 90% имеют пап и мам. Явление стало настолько широким, что ввели даже специальный термин - социальное сиротство.

И здесь явно недорабатывают органы опеки. Ну не верю, что сегодня в семье всё прекрасно, а завтра мать с отцом оставили пятерых детей и пошли отмечать Новый год. В итоге их родной дядя, которому племянники мешали праздновать как следует, закрыл их в холодной бане, где они замёрзли, а два мальчика погибли. Такие драмы не происходят спонтанно. Значит, были большие проблемы, которые школа, социальные работники, опека проглядели. А ведь все возможности находиться рядом у государственных служб есть. Сегодня эти функции переданы на уровень муниципальных образований - всё для того, чтобы быть ближе к трудным семьям. Но они используются далеко не в полной мере. А цена равнодушия - здоровье и жизнь ребёнка.

Александр ГоголкИН, член Координационного совета по предотвращению насилия в семье при Комитете по социальной политике Санкт-Петербурга:

- Насилие порождает насилие - в этом основная причина жестокости по отношению к близким и окружающим людям. 60-80% поднявших руку на родного человека видели такое же обращение в детстве или юности и теперь повторяют эту модель в своей семье. Играет роль и то, что у нас изначально, по патриархальной традиции, к побоям и наказаниям относились крайне терпимо, а порка детей даже среди просвещённых родителей считалась делом обычным.

Сейчас время иное, но проблем меньше не становится. Хотя в нашем городе многое делается, чтобы снять напряжение. В каждом районе созданы соответствующие социальные службы, принята и долгосрочная концепция семейной политики. Многое мы почерпнули из опыта соседних Швеции и Норвегии, где этими вопросами начинают заниматься едва не с детского сада.

Кстати, там большое внимание уделяют работе с отцами. У нас наоборот - всё нацелено на поддержку жертв, женщин и детей. А вот те, кто совершает насилие, по сути, остаются в стороне. Мы неоднократно выходили в Комитет по социальной политике города с предложением организовать работу с мужчинами, ведь именно они чаще всего становятся мучителями близких. Но пока процесс идёт слабо. Необходимо также на федеральном, а затем местном уровне принять закон о предотвращении насилия в семье. Такой документ уже рассматривался Думой в 1995-м, 2000-м, не раз обсуждали проблему и в петербургском ЗакСе, но до реальных дел так и не дошло.

Анастасия Мельникова, заслуженная артистка России, депутат Заксобрания Санкт-Петербурга:

- Сейчас родителями становится поколение 90-х, когда семье внимания почти не уделялось. Помню по своему детству, что были мамы и папы, которые своими детками абсолютно не занимались - люди просто выживали. Я много работаю в Невском районе, и там есть социальные учреждения, куда детей привозят иногда прямо из подвалов. Некоторые в 14 лет впервые в жизни видят чистую постель. «Что это?» - спрашивают, показывая на простыню. Государство берёт таких под своё крыло, но, считаю, информации должно быть больше. Необходимо рассказывать о хорошем, оно есть, но не замалчивать и плохое.

Почему в наше относительно благополучное время случаются такие страшные трагедии? Почему на ребёнка может поднять руку человек с образованием, сытый, живущий с современным комфортом - мне никогда не понять. Страшно и от того, что таким истязателем может стать иногда самый родной малышу человек. Порой встречаешься с такими родителями, а они говорят: «У нас нет денег на воспитание ребёнка». Так работайте, в городе полно свободных рабочих мест! Но им даже не дойти до приюта, чтобы отдать малыша или цивилизованно положить его в бэби-бокс… Предпочитают избавиться, и если раскаиваются, то запоздало.

Некоторые жалуются, что им самим не справиться с навалившимися проблемами, нет опоры, поддержки. В этом плане, надеюсь, сыграет свою роль закон о широкой психологической помощи населению, который сейчас обсуждается в Законодательном собрании. Но прежде всего нам самим надо оставаться людьми и никогда не поднимать руку на ребёнка.

Светлана Агапитова, уполномоченный по правам ребёнка в Санкт-Петербурге:

- В Санкт-Петербурге, как и в других регионах, работает множество структур, учреждений, организаций, которые помогают детям, попавшим в трудную жизненную ситуацию или ставшим жертвами преступлений. Однако все они относятся к разным ведомствам - Комитету по социальной политике, Комитету по здравоохранению или же являются общественными организациями. Также в каждом районе созданы подразделения по делам несовершеннолетних ГУ МВД. При этом отсутствует единая система оказания помощи ребёнку, попавшему в беду.

Кроме того, ни за кем не закреплена обязанность фиксировать и собирать в единую базу информацию о происшествиях с детьми. Что-то есть у Следственного комитета, что-то у социальных служб, полиции, но все эти данные не сопоставляются и не анализируются. А между тем такая информация могла бы предотвратить многие трагедии. Ведь граждане, совершившие те или иные насильственные действия, как правило, ранее уже попадали в поле зрения правоохранителей. И если бы эти сведения объединялись, люди, неоднократно «засветившиеся» в подозрении на жестокое обращение или насилие над ребёнком, попадали под особый контроль.

Один из наиболее известных примеров - трагедия с трёхлетней Алексой. Её отчима и ранее подозревали в жестокости, однако факты установить не удалось. Когда же появились первые подозрения, местные социальные службы просто не знали, что мужчина и раньше был причастен к насилию. Контроль над семьёй ослабили. В итоге «папа» так зверски избил ребёнка, что девочке пришлось ампутировать ступню. Изверг получил 9 лет и 6 месяцев тюрьмы. А если бы соответствующая информация была доступна, беду, возможно, удалось предотвратить.

Кстати

Сейчас в Петербурге на базе 3-го отдела Управления участковых уполномоченных полиции и подразделений по делам несовершеннолетних ГУ МВД создаётся информационная база, где будут собирать сведения о подозрениях на жестокое обращение с ребёнком и аналогичную информацию.

Смотрите также:




Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий

Самое интересное в регионах
Роскачество

Актуальные вопросы

  1. Когда в Петербурге включат отопление?
  2. Правда, что в Петербурге установлен температурный рекорд последних 136 лет?
  3. Как оформить визу в Финляндию после 1 сентября 2019 года?
Сколько денег вы потратили на обновление осеннего гардероба?