Мрачные и надрывные истории Леонида Андреева, в которых запечатлен дух того тревожного времени, затмевали произведения самого Максима Горького. 21 августа исполняется 155 лет со дня рождения русского писателя, драматурга, яркого представителя Серебряного века. И одного из самых депрессивных авторов Санкт-Петербурга. Как подворовыющий хлеб студент открывал всей стране «чёрную бездну» человеческой души, «баламутил» общественность и демонстрировал «поступь века» — в материале spb.aif.ru.
Ради хлеба насущного
Леонид Андреев родился 21 августа 1871 года в Орле в семье землемера-таксатора Николая и дочери польского помещика Анастасии Пацковской. Всего в семье было шестеро детей.
В юности будущий писатель увлекся творчеством Шопенгауэра и Гартмана. А бурное воображение и впечатлительность не раз побуждали его совершать безрассудные поступки.
После ранней смерти отца семья Андреевых оказалась в тяжелом положении. Сам писатель вспоминал, что в студенческие годы ему порой приходилось даже воровать хлеб в университетской столовой, чтобы накормить мать, братьев и сестер. Учеба на юридическом факультете ему нравилась: уголовные дела захватывали воображение, а окружающие уже видели в нем будущего адвоката.
Но параллельно с учебой Андреев пытался пробиться в литературу. Он отправлял свои рассказы в журналы, чаще получая отказы, и писал для газет — прежде всего ради заработка, как говорил сам писатель — ради хлеба насущного. Собственная фамилия казалась ему слишком простой и непримечательной. Поэтому для журналистской работы он выбрал псевдоним Джемс Линч, под которым опубликовал сотни фельетонов и репортажей.
Одевался как Горький
Путь в большую литературу для Андреева во многом открыл Максим Горький. Он хорошо понимал, как создавать репутацию — и собственную, и тех литераторов, которых считал достойными внимания. Горькому понравился пасхальный рассказ «Баргамот и Гараська», опубликованный в газете. Всего за год-другой он помог превратить малоизвестного автора в признанного писателя. К тому же в издательских проектах, связанных с Горьким, литераторам платили весьма достойно, что помогало юноше решить вопрос «хлеба насущного».
Андреев настолько приблизился к кругу Горького, что даже перенял его внешний образ «буревестника революции». Он стал носить шелковую русскую рубаху с поясом — хотя прежде предпочитал одеваться куда более франтовато. Со временем всех молодых писателей из окружения Горького стали называть «подмаксимки».
Впрочем, отношения ученика и учителя были далеки от идеала. Они часто спорили, ссорились, соперничали, но в итоге каждый раз мирились. Сам Горький никогда не воспринимал Андреева как обычного последователя. «Нанизывая слово за словом на стержень гибкой мысли, он легко и весело создавал всегда что-то неожиданное, своеобразное», — писал Горький.
Тёмные уголки человеческой души
Несмотря на тесную связь с Горьким, Андреев пошёл собственной творческой дорогой. Его больше интересовало бытие, чем повседневный быт. И скорее притча — чем традиционный очерк. Сам себя он считал ирреалистом.
Писателя манили мрачные и потаенные стороны человеческой психики — темные уголки души, подсознание, странности и крайности человеческого поведения. В этом его проза порой приближалась к эстетике желтой прессы и бульварной литературы. Но лишь внешне. Поклонники писателя говорили: «Он возвысил литературу от быта, приподнял ее над землей». А романист Сергей Сергеев-Ценский, не скрывая некоторой зависти, описывал стиль Андреева так: «Стремительность, экзотичность, лирика, крик на самых верхних нотах, истеричность».
Андреев, как никто другой, умел сгущать краски, усиливать драматизм и доводить эмоцию до предела. Для литературы начала ХХ века такая выразительность была уже не просто эффектным приемом, а практически необходимым условием современного писательского стиля.
Тюрьма и эмиграция
В 1902 году Андреев женится на Александре Велигорской — дальней родственнице Тараса Шевченко, а спустя год — стал действительным членом Общества любителей российской словесности.
В 1905 году Андреев приветствовал Первую русскую революцию и укрывал у себя дома членов Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП). 9 февраля он был арестован и посажен в Таганскую тюрьму за проведение тайного собрания ЦК.
Однако Савва Морозов внёс за писателя залог. И 25 февраля Андреева выпустили. Тем не менее писатель решает уехать в эмиграцию в Германию, где у него рождается второй сын, а супруга — умирает от послеродовой горячки.
Андреев перебирается в Италию на Капри и живёт у Горького. Там он проходит этап переосмысления и разочаровывается в революции.
Замок дьявола
В 1908 году писатель женится на Анне Денисеевич и переезжает в дом в Ваммельсу (Курортный район современного Петербурга — прим. Ред.). Местные жители, финны, прозывают это здание «Замком дьявола». Там Андреев пишет свои первые драматические произведения, сотрудничает с альманахами издательства «Шиповник». А в 1912 году предпринимает рискованное путешествие: «Леонид Андреев отправляется на днях в путешествие по Африке. Путешествие продолжится около двух месяцев. Талантливый писатель чувствует себя здоровым и бодрым и занят теперь изучением разных путеводителей и книг об Африке», — сообщалось в заметках «Московской газеты».
«Всё пропало»
Начало Первой мировой Андреев встретил с воодушевлением. «Победить Германию необходимо — это вопрос жизни и смерти не только для России — величайшего славянского государства, все возможности которого впереди, но и для европейских государств. <…> Разгром Германии будет разгромом Всеевропейской реакции и началом нового цикла европейских революций», — говорил писатель в интервью The New York Times.
А вот идея Октябрьской революции Андрееву по нраву не пришлась.
«Все мои несчастья сводятся к одному: нет дома. Был прежде маленький дом, дача в Финляндии, и большой дом: Россия с её могучей опорой, силами и простором. Был и самый просторный дом — искусство-творчество, куда уходила душа. И всё пропало. Вместо маленького дома — холодная, промёрзлая, оборванная дача с выбитыми стёклами, а кругом — чужая и враждебная Финляндия. Нет России…», — писал Андреев Рериху.
Переживания подкосили здоровье драматурга и 12 сентября 1919 года он скоропостижно скончался от паралича сердца.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
