2395

Штрафбатя. Как Александр Пыльцын в 19 лет стал командиром роты штрафбата

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 18. Аргументы и факты - Петербург 29/04/2015
Молодой командир отрастил усы для солидности
Молодой командир отрастил усы для солидности © / из личного архива / АиФ-Петербург

- Мне 93 года, и до сих пор стыдно признаваться, что не умею плавать, - говорит Александр Васильевич. - Сколько рек в войну пришлось форсировать: Днепр, Друть, Припять, Буг, Вислу, Одер. И каждый раз было страшно: «Только бы не утонуть!» А в атаку вставать не боялся, командир должен быть примером. И не важно, что в моём подчинении были проштрафившиеся офицеры.  

Прошу на фронт!

Александр Пыльцын попал в штрафной батальон не потому, что совершил проступок, а по распределению. Его опыт уникален, более двух лет юный лейтенант командовал элитой - капитанами, майорами, полковниками. И, как он сам признаётся, ни разу опытные вояки не ослушались приказа молодого командира.

Война началась, когда Саша Пыльцын едва закончил школу на Дальнем Востоке. Ему было 17 лет. Но сразу нашему герою попасть на поле боя не удалось, хотя подготовка у выпускника школы была о-го-го: ворошиловский стрелок 2-й ступени, сданы на отлично нормы ГТО и ПВХО (противовоздушной химической 
обороны). 

- Думал - отправят в окопы, - вспоминает Александр Васильевич. - А наш эшелон взяли да выгрузили в Благовещенске. И меня распределили в разведвзвод дивизии Дальневосточного фронта. 
Саша продолжал писать рапорт за рапортом «Прошу на фронт!» Боялся, что не успеет повоевать. За 9 месяцев настрочил 10 рапортов, за каждый получил 10 суток домашнего ареста. 

- Наконец, повезли нас в Белоруссию и стали распределять. Подошёл майор из войск переднего края и говорит: «Ну всё, лейтенант, пойдёшь к нам в штрафбат». «За что, чем провинился?» - спрашиваю. «Не за что, а зачем. Будешь помогать штрафникам искупать их вину». Так я в штрафбат и попал. 

- Всё, что в последние годы снимают и пишут про штрафные батальоны, - полнейшая чушь, - продолжает Александр Васильевич. - Их показывают, как сборище урок, преступников, которые только и думают, как бы сбежать. 

И останавливают тех лишь заградительные отряды. Неправда! В этих войсках были собраны офицеры с отличной военной подготовкой, которые по тем или иным причинам преступили закон. Кто-то подрался, другой - опоздал из отпуска. Военные законы очень строги… Да, были и тяжкие случаи. Но среди штрафников царила строжайшая дисциплина, все понимали, у них есть шанс искупить свою вину подвигом, кровью. И никаких заградотрядов за нами не было. Я не пытаюсь представить штрафников святыми, были у нас случаи «самострелов», были и патологические трусы. Однажды даже несколько штрафников, сговорившись, перебежали к противнику. Но это исключение. 

Нихт шиссен

В 1944-м батальону Пыльцына выпала нелёгкая задача: перейти линию фронта и воевать в немецком тылу. После успешного окончания операции из 800 человек 600 были восстановлены в офицерских званиях. А погибли тогда в сражениях 25 солдат. То есть мнение, что все штрафники - смертники, миф. 

- Был у меня в роте лётчик по фамилии Смешной. Серьёзнейший человек! Попал в штрафбат за то, что его ведомый во время перегона с завода разбил самолёт и погиб сам. Так вот этот Смешной во время Берлинской операции выбил с позиции немца, захватил фаустпатроны и расстрелял ими с фашистской позиции два немецких танка. Или взять старшего лейтенанта Соколова. Брали немецкий город Альтдамм, одну из улиц рота никак не могла отбить. В подвалах засели немецкие пулемётчики, которые подавляли все наши атаки. Тогда Соколов предложил план: он вышел с белой тряпкой и притворился перебежчиком. А перед этим набил карманы гранатами. 

С криками «нихт шиссен» - «не стреляйте» он добежал до первых домов и закидал фашистов гранатами. Позже был восстановлен в звании и получил орден Славы.

Александр Пыльцын и сам не раз убивал. 

- Для нас немцы были не человеками, а зверями! Поэтому никаких угрызений совести я не испытывал. Никакой жалости! 

Пыльцын перенёс три тяжёлых ранения. Первое - по глупости: по собственной инициативе разминировал второй эшелон своей обороны и переставил мины на передний край. 210 штук перенёс, а 211-й не заметил, подорвался. Второе ранение - в битве за Брест. 

- Во время немецкой атаки убило пулемётчика. Я занял его позицию, и вдруг - удар в верхнюю часть бедра, словно бревном. Кровь хлещет фонтаном. В некрасивое место ранение - в пах. Когда молоденькая санитарочка перевязывала, мы оба стеснялись и краснели. Пулю вытащили лишь через год после окончания войны, а часть бедра ничего не чувствовала ещё лет 10. 

Третье ранение случилось при форсировании Одера. Пыльцын отправлял радистов и раненых на свой берег, стоял возле лодки. Было это 16 апреля 1945 года. Нагнулся, чтобы подтолкнуть от берега лодку, и тут над ухом - будто щелчок цыганского кнута.

- Только и подумал: «Слава Богу, не утонул! Убили на берегу». Снайпер попал точнёхонько в висок. Слепое пулевое ранение, то есть пуля засела в височной кости. Касок мы принципиально не носили, была у штрафников такая традиция. Бравада! Трое суток провёл без сознания, уже похоронку на меня заготовили. Снова выкарабкался.

После взятия Берлина на стенах Рейхстага наш герой напишет: «Дальний Восток - Берлин. Александр Пыльцын». Ох, не зря этого паренька проштрафившиеся майоры да полковники называли за глаза «штрафбатей». Он и в атаку первым вставал, и отвагу ежедневно проявлял. А главное - был справедливым и мудрым командиром, несмотря на юные годы. 

- Пришлось даже усы отпустить, чтобы посолиднее выглядеть, - смеётся Александр Васильевич. 
После войны судьба помотала нашего героя по всей стране. Нелегко было бравому воину приноровиться к мирной жизни. Боевые заслуги здесь не учитывались.

- Среди фронтовиков ходил невесёлый анекдот. Приходит герой войны в отдел кадров, спрашивают его, что умеет делать. «Воевал, в атаку по лесам, полям, болотам ходил». - «Ну раз по полям и лесам, будешь у нас в совхозе овец пасти!» 

Вернувшись на родину, командир батальона получил лейтенантскую должность. Но не роптал, подрастали сыновья, чувствовал за них ответственность. 

- А в 1998 году я начал писать. Умерла жена, надо было чем-то заглушить непривычное одиночество. Кроме того, друзья-однополчане всегда мне говорили: Саша, ну расскажи правду о штрафбатах, у тебя получится. 
Уже опубликовано 10 книг, все гонорары брал книгами и рассылал экземпляры родственникам офицеров, с которыми воевал в штрафбате. В 85 лет перенёс операцию на сердце. Освоил компьютер, шутит: «Через штрафбат прошёл, неужели Интернета испугаюсь?» Общается с детьми и внуками по скайпу. 

- Меня иногда ещё приглашают на встречи, конференции. Понятно - участник войны, генерал-майор. 
К 70-летию Победы особенно активизировались. Да куда я теперь пойду! Форму надену - и не встану, китель-то с орденами неподъёмный! 

Смотрите также:

Оставить комментарий (3)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах