135

Михаил Прокофьев: «Таможня работает в напряженном ритме»

Торфяновку ждет модернизация

- Михаил Юрьевич, первый вопрос такой: как экономический кризис отразился на работе таможни? Ведь не секрет, что от вашей работы напрямую зависит пополнение бюджета: меньше товаров и пошлин – меньше денег в казну. 

- Да, мы и в четвертом квартале 2008 года, и в январе 2009 года наблюдали снижение товаропотоков. В январе грузооборот на крупных таможнях (Санкт-Петербургской, Балтийской и Калининградской) упал на 45 - 50 процентов. Но надо понимать, что январь - месяц не показательный, и порядка десяти выходных дней тоже сказываются. И потом сам бизнес в эти месяцы достаточно вялый, поэтому я бы вот эту цифру – то, что мы имели в январе-феврале – не проецировал бы на весь остальной год. Что касается собираемости платежей, то ситуация несколько иная - платежи упали только на 20 процентов. Это результат грамотного таможенного администрирования, изыскания всех резервов, внедрения передовых таможенных технологий.

- Может быть, сейчас из-за кризиса наши люди будут реже ездить за рубеж,  но вообще, одна из проблем, которая интересует читателей, это очереди на границах. Большая часть вопросов от населения типична: когда исчезнут очереди на российско-финской границе? 

- Я, конечно, знаю об этих жалобах, и хотел бы сказать следующее. Во-первых, вряд ли пассажиропотоки сократятся – повседневная практика говорит о том, что наши граждане выезжают в Финляндию, Латвию, Эстонию с завидным постоянством. Поэтому задача борьбы с очередями остается приоритетной, мы ее будем решать комплексно. Как? Прежде всего, мы продолжим  серьезную работу с личным составом таможни. Наши сотрудники должны осознавать, что работа на пассажирском направлении  - это главное. Поэтому мы будем очень четко реагировать и на телефон доверия, и на официальные жалобы.

Еще одна проблема - это модернизация пунктов пропуска на участке российско-финляндской границы. Сегодня пункты пропуска не справляются с возросшими нагрузками. В новогодние каникулы мы пропускали в обе стороны до 7 тысяч человек в сутки, в то время как технические параметры втрое меньше. В ближайших планах модернизация самого крупного пункта пропуска Торфяновка.     

- Она уже началась, модернизация?

- Сейчас идет этап проектирования и землеотвода. Сложный процесс, по землеотводу особенно: государственная земля вокруг Торфяновки отсутствует - там либо частные владения, либо земли сельхозназначения.  Поэтому два года мы очень серьезно пытаемся решить проблему отведения земель – порядка 20 гектаров в районе Торфяновки. Пока это получается с трудом. Хотя все «за»  – и администрация области, и Выборгского района. Рассматривается другой вариант -  выдвижения пункта пропуска на 1800 метров до границы. Там земля федеральная, ее проще получить. Хотя придется несколько изменить  первоначальный план реконструкции. Мы думаем, что 2009 год будет определяющим. Ну, и год-два уйдет на строительство, конечно.

- А что конкретно изменится в Торфяновке?       

- Там увеличится количество полос движения. Сейчас, к сожалению, между Финляндией и Российской Федерацией  всего одна дорога, по которой следуют и легковой,  и грузовой транспорт. Когда выстраиваются  очереди, полоса движения сужается. Про плохие метеоусловия я и не говорю. Поэтому, во-первых, будет разделено, - и с финской стороной есть договоренность – движение грузового и легкового транспорта по отдельным  полосам. Во-вторых,  мы увеличим и количество рабочих мест. Проект реконструкции «Торфяновки» - это наш приоритет.  Я думаю, что секвестр государственных расходов не должен на нем сказаться, и все пойдет по плану.

Обстановка на границе в режиме онлайн

- А общая численность сотрудников будет увеличена (не только на Торфяновке, но и на других пунктах пропуска)? Люди считают, что их не хватает.      

- В последнее время мы регулярно увеличивали штаты. Все реорганизации, которые у нас происходили, имели целью сокращение управленческого аппарата и направление сотрудников на наиболее загруженные участки, на ту же Выборгскую таможню, про которую вы спрашиваете. Все рабочие места, на всех трех пунктах пропуска, на 100 процентов укомплектованы. Дальше все упирается в вопрос инфраструктурный. Должно быть больше стоек, больше окон, больше полос, которые разделяют потоки, чтобы их можно было быстрее  обработать. Не отвечающая нагрузкам инфраструктура - вот в чем причина очередей.      

-  Сколько машин должны проверять  за смену сотрудники таможни? Все работают абсолютно по-разному. Водители боятся попасть в пересменку – в такое время граница просто «закрывается».  (Николай)

- У нас нет официального перерыва, и если кто-то готов мне сказать, что таможня бездействовала энное количество времени,  я готов в этом предметно разбираться. Я сейчас не буду комментировать, как это организовано в других ведомствах, которые также работают на границе, но у нас достаточно жесткое отношение к этому. А по количеству… Есть определенные нормативы: к примеру, в пиковые дни на Торфяновке мы должны пропускать на въезд порядка 700 автомобилей. На Брусничном – 400-450; около 350-400 - это Светогорск. Но в дни пиковых нагрузок задача стоит наиболее быстро их переправить, насколько это технически возможно. С другой стороны, поймите правильно: если в дни пиковых нагрузок пункт пропуска рассчитан на 100 автобусов  в сутки, а прибывает 300, как их пропустить?

Я считаю, что нужно серьезно заниматься выбором пути следования. В  последнее время мы коренным образом обновили свой официальный сайт, наладили сотрудничество с радиостанциями «Дорожное радио» «Авторадио», «Радио Балтика». Через них в режиме онлайн можно получить информацию по каждому пункту пропуска. Тем не менее, практика такова, что основное количество пассажиров едет через Торфяновку.

- Многие мои знакомые выезжают в Финляндию ночью. Действительно, это время суток наименее загруженное? Какой совет, Михаил Юрьевич, вы можете дать? (Сергей Александрович)

- Наверное, надо представлять: люди едут тогда, когда заканчивается рабочая неделя или рабочий день. Все  как с пробками на дорогах. Ночью да, конечно, меньше. Но не всегда бывает так. Перед новогодними каникулами мы двое суток очередь разгребали совершенно в авральном режиме, но все-таки граждан переправили. Тем, кто может пользоваться Интернетом, я рекомендую  все-таки через наш электронный ящик presssztu@.mail.ru уточнить, какая обстановка на границе. Радиослушатели могут послушать радио – там тоже такая информация есть. 

 «Мы не замалчиваем факты коррупции»

- Проблема номер один коррупция в стране. Как вы пытаетесь бороться с этим злом в своих рядах?

- А мы не пытаемся, мы боремся. Причем уже достаточно давно. У нас в 2006 году Федеральной таможенной службой была принята аналитическая программа борьбы с проявлением коррупции в таможенных органах, рассчитанная на 2007-2009 год. Сейчас идет завершающая фаза этой программы. Она полностью перекликается с теми положениями, которые есть в национальной антикоррупционной программе.

Самая основная трудность любого правоохранительного органа - признать, что такая проблема есть.  Мы об этом честно и открыто говорим. В 2008 году в отношении должностных лиц Северо-Западного таможенного управления возбуждено 160 дел уголовных дел. Но заметьте, 94 процента из этих дел –  результат работы нашей службы собственной безопасности.

-А кто чаще попадается – младший персонал или высокопоставленные служащие?

- Разные бывают случаи. У нас имелись три уголовных дела на начальников таможен. Были претензии к начальникам постов. Но надо понимать, что мы не устраиваем охоту на ведьм, руководители не могут попадаться так часто, как инспектора. Поэтому, конечно, больше всего преступлений совершается внизу – контрабандисты пытаются договориться на уровне инспекторов, и порой успешно.

- Сговорчивых инспекторов не устраивает зарплата?

- Вы знаете, причина комплексная. Поэтому мы предпочитаем принимать превентивные меры, ведь посадить человека можно уже тогда, когда остальные меры на него не действуют. Мы уделяем большое внимание подбору кадров, их воспитанию, жилищно-бытовым условиям. При подборе персонала мы используем психологов - ни один сотрудник в таможенные органы не проходит без экспертизы психологов. Мало того, огромное количество людей у нас проходит полиграф (детектор лжи – Прим. авт.).  И это уже у нас обычное дело, а не какой-то эксперимент.

Кроме того, есть еще достаточно эффективно работающая система ротации. У нас значительные цифры перемещений и начальников таможен, и заместителей, и начальников постов. Человек еще ничего не совершил или нет данных о том, но, в принципе, есть какие-то предпосылки, которые нас беспокоят, -  мы рвем сложившиеся связи, уменьшаем давление на сотрудников.

Контрабанда сегодня - это вообще высокотехнологичные схемы. На той стороне сидят высоколобые интеллектуалы с мощным правовым обеспечением, мало того, мощнейшей службой безопасности этих структур. Зачастую они пытаются воздействовать на таможенников. И не всегда это безопасно. Избитые таможенники, которые теперь инвалиды, сожженные квартиры, сожженные машины, - это же будни! А вот начальнику Себежской таможни бросили гранату во двор. Он сейчас счастливо служит в Архангельске, но это факт – мы его полгода охраняли. Вот последний случай - из травматического орудия расстреляли таможенника Выборгской таможни. Да, его не убили, но вред причинили. Другой сотрудник Выборгской таможни пишет заявление, что он больше не будет работать на этом участке, потому что ему уже поджигали дверь. Кто-то выдерживает, а кто-то нет. Это не шутки, это огромные миллиарды долларов контрабанды. Важно осознать, что таможенник на таком непростом участке находится. И не все это понимают, - к сожалению, степень общественной терпимости к преступлениям и правонарушениям в таможенной сфере не очень высокая. Контрабанду не осуждают так, как ограбление, изнасилование, воровство.

- Вы говорите про сложные схемы, которые используют контрабандисты. А у вас есть, что им противопоставить?

- Конечно, есть, - таможня давным-давно многопрофильный орган, двуединый – это и фискальный, который собирает платежи, и правоохранительный. В каждой таможне есть правоохранительные блоки, поэтому полномасштабно развернута оперативно-розыскная деятельность на всех направлениях – и товарной контрабанды, борьбы с наркотиками. У нас только в прошлом году не допущено в страну порядка 150 килограммов наркотиков. Огромная цифра на самом деле!

Техническая оснащенность таможни, конечно, растет. Уже сейчас у нас действуют 8 мобильных и 4 стационарных инспекционно-досмотровых комплексов, которые позволили значительно повысить качество таможенного оформления и контроля. В прошлом году с помощью ИДК мы осмотрели более 30 тысяч товарных партий, провели более 2000 досмотров. В результате возбуждены дела об административных правонарушениях и уголовные дела. Завершается строительство стационарного ИДК на территории Большого порта в Санкт-Петербурге. Это делает нашу работу еще более эффективной. Таможня по-прежнему работает в напряженном ритме.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах