Председатель Армянской автономии Карен Мкртчян живёт в городе на Неве больше 40 лет. Он учился в Ленинградском государственном университете, помогал восстанавливать старую церковь на армянском кладбище, вокруг которой начала возрождаться община. А затем возглавил её.
Но история армянского народа в Петербурге началась куда раньше — более трёхсот лет назад Пётр I лично пригласил армян принять участие в самом рискованном геополитическом проекте в мире — создании нового города на болотах. Подробнее — в материале spb.aif.ru.
Душа и тело
— Вы возглавляете общину в Петербурге вот уже 20 лет. Как начиналось возрождение обновлённой Армянской автономии?
— Я приехал учиться в ЛГУ в 1985 году, и практически сразу судьба привела меня на армянское кладбище с церковью, которую превратили в мастерскую известного скульптора. По воскресеньям мы ходили её чистить, проводили субботники. А в 1988 году там появился первый священник — иеромонах Езрас, ныне глава Армянской апостольской церкви в России. И именно этому человеку армянская община Петербурга обязана своим возрождением — он сплотил нас своей неуёмной энергией. Мы стали восстанавливать церкви, возрождать армянскую общину. Она, кстати, одна на город и область.
— Православная церковь, как я понимаю, очень важная составляющая Армянской автономии?
— Она очень важна и играет огромную роль в жизни и истории армянского народа. Наша петербургская Армянская апостольская церковь — не исключение (в городе находятся знаменитая Армянская апостольская церковь Святой Екатерины на Невском проспекте и Церковь Святого Воскресения (Сурб Арутюн) на реке Смоленке, в Ленобласти — Армянская апостольская церковь святой Богородицы (Сурб Аствацацин) во Всеволожске. — Ред.). Община и церковь составляют единое целое: церковь — это душа, община — тело. Если вы разъедините тело и душу, организм умрёт.
— В 2010 году Армянская автономия отпраздновала своё 300-летие. Выходит, армяне живут на берегах Невы практически с момента основания Петербурга. Как это произошло?
— По призыву Петра Великого, который обратился к живущим в Персидской империи армянам и попросил их прийти сюда, основать свои мануфактуры и фабрики. И представители богатейших родов — армянские, выражаясь современным языком, бизнесмены — оставили нажитые места, чтобы влиться в самый рискованный геополитический проект в мире — создание нового города на болотах. Они привезли сюда свои семьи, капиталы, умения и профессионализм.
Трёхсотлетие Армянской общины Петербурга, к слову, мы отпраздновали широко: приезжали президент Армении Серж Саргсян и Дмитрий Медведев, который был тогда президентом России. Они вместе открыли памятник Иосифу Орбели во дворе филфака СПбГУ. В Университете прошёл целый ряд мероприятий: выставки, концерты, круглые столы, а также состоялись научные конференции и в Ереване, и в Петербурге. Это было очень масштабное событие.
«Мой вице-император»
— Чем сейчас занимается и живёт современная Армянская автономия?
— Армянская община всегда занималась одним и тем же — сохранением национальной идентичности и укреплением российско-армянских отношений во всех спектрах общественной, политической и экономической жизни. Что особенно актуально в нынешние времена. Мы живём с Петербургом в едином векторе. У нас есть двуязычная газета на русском и армянском языках, издательский дом, который с 1993 года выпустил десятки исторических, художественных и других книг. И гимназия № 259 имени графа Лорис-Меликова — выдающегося сына армянского и русского народов. Он был министром внутренних дел России, а Александр II называл его «мой вице-император». В школе его имени факультативно изучают армянские язык и литературу.
— Армяне славятся своими самобытными древними танцами и уникальной кухней. Какие ещё направления вы развиваете в Северной столице?
— Если не ошибаюсь, в городе есть шесть танцевальных коллективов. Кстати, они тоже представляют собой маленькие самобытные общины — за десятилетия через них прошли тысячи детей и подростков. Там учат не только армянские танцы и искусство, но и язык, так как это очень важная часть нашей культуры. А если говорить о кухне, мы участвуем во всех кулинарных конкурсах. Помнится, на набережной у Петропавловки раньше ежегодно проходил очень хороший фестиваль национальной кухни.
Помимо этого, сейчас в Петербурге живут и трудятся сотни армянских мастеров, художников, керамистов — наша керамика, кстати, очень самобытная. Занимаемся ювелирными изделиями, ковкой. Помимо художников, у нас есть большая ассоциация армянских врачей. В целом, мы находимся в тесном взаимодействии с правительством города, Домом национальностей, Комитетом по межнациональной и миграционной политике, участвуем во всех городских мероприятиях. Я с радостью всегда поддерживаю все научные и культурные связи между Петербургом и Ереваном.
— Как происходящее в мире повлияло на петербургских армян?
— Мы не могли остаться в стороне и уже в марте 2022-го вышли на городские военные госпитали, начали им помогать и стараемся делать всё, что возможно, — слать гуманитарную помощь медучреждениям и раненым. У нас немало молодёжи на фронтах, есть потери... Мы не живём какой-то отвлечённой жизнью — мы вписаны в ткань жизни города и России, делим все радости и горести нашей большой страны.
Любовь победит
— Вы приехали в Ленинград учиться ещё в советские годы. А как в этом плане дела обстоят сейчас? Приезжают ли к нам армянские студенты?
— В прошлом году 50 учащихся восточного факультета СПбГУ ездили в Армению и провели там почти месяц. 1 июля сюда из Армении прибудут 50 студентов Ереванского университета. Я очень рад, что наша община тоже причастна к этому — мы стали своего рода мостом между университетами и в меру своих сил способствовали сближению между ними. Это и есть живая связь между Россией и Арменией, Петербургом и Ереваном.
— Чем будут заниматься здесь летом ереванские студенты?
— Учиться и смотреть город. Обучение будет проходить в школе имени академика Орбели — уникальной летней международной востоковедческой школе, участие в которой принимают студенты ИСАА МГУ, Восточного факультета СПбГУ и Факультета востоковедения Ереванского государственного университета. Но самое главное — они должны унести отсюда в своих сердцах любовь к Петербургу, к России. Молодёжь должна общаться и сближаться.
— Как вы в целом оцениваете отношения Петербурга и Еревана?
— Что касается отношений между городами, то, должен сказать, они почти феноменальные. Вряд ли у Питера есть с кем-то такая же непосредственная, искренняя и глубокая связь, как с Ереваном. В последние годы, к сожалению, в Армении появился некий курс на сближение с Европой. Но это тренд времени. Я надеюсь, что исторические связи Армении и России помогут пережить всю эту политическую конъюнктуру и вернуть всё на круги своя. Потому что Россия и Армения — две родственные христианские страны, наследники одной византийско 711 й цивилизации. Мы сотни лет жили душа в душу, у нас одни и те же политические, культурные и религиозные ценности. Я — человек советский, меня ни в чём убеждать не надо, я люблю Петербург, Россия — мой дом, и я здесь не чужой. В городе на Неве армяне живут обычной жизнью, как обычные граждане, ничем особо не отличаются. У нас всё общее: горе и радость, все потребности и нужды. Диаспорой мы себя не считаем — это вообще неправильное слово. Я всегда говорю: у армян две родины. Одна, Богом данная, — Армения, вторая, в Боге обретённая, — Россия. И никто не может мне сказать, какая из них важнее. Это как мама и папа. Любишь обоих, а когда они ссорятся, дети чувствуют только боль. Всё вернётся на круги своя, я в этом убеждён. Любовь победит вопреки всему.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
