Ежегодно 25 августа отмечается День памяти Мусы Джалиля и его соратников. Вспоминают поэта, Героя Советского Союза, и в Петербурге. Как судьба татарского мастера слова, со дня рождения которого в этом году исполнилось 120 лет, навсегда переплелась с ленинградской землёй? Подробнее — в материале spb.aif.ru.
Военкор газеты «Отвага»
Муса Джалиль родился в небольшой деревне Мустафино в Оренбургской губернии. Мальчик был шестым ребёнком в многодетной семье и сначала учился в деревенской школе, а когда семья переехала в Оренбург — потупил в медресе. Уже в подростковом возрасте он активно включился в общественную жизнь: в 13 лет вступил в комсомол, участвовал в Гражданской войне.
В 1919-м в местной газете «Кызыл юлдуз» («Красная звезда») появилась его первая публикация, а через шесть лет вышел первый сборник — «Мы идём», где звучали мотивы боёв и революции. Далее увидели свет ещё два сборника о строительстве новой жизни.
Важной вехой стала для Мусы учёба в Московском государственном университете, куда он поступил на литературное отделение этнологического факультета. Много нового он узнал и от Варлама Шаламова, с которым в студенческие годы жил в одной комнате. Впоследствии Шаламов, которого назовут «Достоевским XX века», посвятит своему товарищу рассказ «Студент Муса Залилов».
Карьера молодого автора стремительно шла вверх. Уже в 33 года он занимал высокий пост в Союзе писателей Татарской АССР, заведовал литературной частью Татарского оперного театра. В 1941-м в Казани состоялась премьера оперы «Алтынчеч» («Золотоволосая»), либретто к которой написал Муса. Однако на спектакль он пришёл уже в военной форме — началась война.
В первые дни Великой Отечественной поэт принял твёрдое решение — отправиться на фронт. 13 июля он получил повестку — его определили в артиллерийский полк конным разведчиком. Говорят, командование части, осознав, кто у них служит, хотело демобилизовать Джалиля или оставить в тылу. По некоторым сведениям, у него даже была бронь, но он сказал: «Пусть с бронью остаются другие. Моё место — среди бойцов. Я должен идти и бить фашистов». Окончил курсы политсостава и в звании старшего политрука стал военным корреспондентом газеты «Отвага» 2-й ударной армии.
«Пылинку жизни не берёг»
В 1942-м Муса очутился на Ленинградском и Волховском фронтах в гуще жестоких боёв. Поэт постоянно находился на передовой — ежедневно проходил по 10–15 километров, собирал материалы для публикаций и своими статьями, стихами поддерживал бойцов.
«Во время очередной атаки фашистов первая рота яростно отбивалась, но противник наседал, — пишет в своих воспоминаниях И. П. Паньков, один из сослуживцев Мусы по 59-й стрелковой бригаде. — Вторая рота, потеряв убитым командира, начала беспорядочно отступать. М. Джалиль быстро оценил ситуацию. Он подбежал к отступавшим и воскликнул: „Не отступать! За мной, вперёд!“ Отступление прекратилось. Бойцы второй роты, увлекаемые Джалилем, ринулись вперёд, смяли наступающих гитлеровцев и вместе с первой ротой полностью разгромили фашистов».
Однако силы были неравны. 2-я ударная армия, где сражался Муса, попала в окружение. 26 июня 1942-го в ходе Любанской наступательной операции у деревни Мясной Бор Муса Джалиль был тяжело ранен в грудь и, уже полумёртвый, попал в плен. Такие слова звучат в его стихотворении «Прости, Родина»:
«Кто посмеет сказать, что я тебя предал? Кто хочет в чём-нибудь бросить упрёк? Волхов — свидетель: я не струсил, Пылинку жизни моей не берёг».Затем судьба Джалиля сделала крутой поворот.
«В 1942-м немцы стали формировать из военнопленных „национальные легионы“, в том числе из представителей народов Поволжья, — рассказал spb.aif.ru консультант картины „Война непрощённых“ Михаил Черепанов. — Такая идея пришла к ним после поражения под Москвой. Уже весной заключённых в концлагерях начинают сортировать по национальному признаку, выбирая татар, башкир, удмуртов, чувашей, марийцев, мордву... Гитлер рассчитывал, что их будет легко объединить против советской власти, ведь в 1930-х годах многие стали жертвами политических репрессий».
Так был создан легион «Идель-Урал», куда вступил и «писатель Гумеров», под таким именем знали в лагере Джалиля. Но идти в пособники к немцам он не собирался. Наоборот. Пользуясь относительной свободой и тем, что ему поручили вести культурно-просветительскую работу, поэт и его единомышленники устанавливали конспиративные связи, устраивали побеги военнопленных. Также Муса выпускал листовки и писал стихи, вдохновляя товарищей на сопротивление.
Так продолжалось чуть больше года. Уже первые сражения с бойцами Красной армии, которых легионеры якобы должны были уничтожать, заканчивались дезертирством или переходом к партизанам. Заподозрив, что ведётся совсем другая работа, гестапо внедрило в группу провокатора. В 1943-м все руководители подполья, в том числе Джалиль, были арестованы. Это случилось за несколько дней до общего восстания, которое Муса и его товарищи тщательно готовили...
Их поместили в берлинскую тюрьму «Моабит». Пытали, хотели сломать морально. Не вышло. Поразительно, как в этих нечеловеческих условиях вёл себя Джалиль. Он подбадривал заключённых, шутил, пел песни. И... писал стихи. Где брал бумагу и карандаш?
«Во многом ему помогали иностранные заключённые, которым полагалась бумага для писем, — рассказывает дочь легендарного героя Люция Джалилова, которая сейчас живёт в Петербурге. — Кроме того, разрешались газеты, и он отрывал клочки, свободные поля. Использовал и обёртки маргарина, других продуктов. Делал из этого маленькие блокноты и карандашом писал стихи. После войны его сокамерникам удалось передать их на Родину, что спасло честное имя моего отца».
«Песня не умрёт»
25 августа 1944-го Муса Джалиль и ещё десять подпольщиков были казнены на гильотине. Предчувствуя гибель, поэт передал свои стихи соседу по камере: «Коль сам умру, так песня не умрёт». Всего в концлагере ему удалось написать более 125 стихотворений. Однако на родине они были напечатаны лишь много лет спустя. Когда война закончилась, в немецких документах обнаружили записи, что Джалиль агитировал других пленных поступать в легион, работал на рейх.
В итоге в 1946-м поэта обвинили в измене Родине. Книги изъяли из библиотек, имя старались не произносить.
К счастью, записи Джалиля сохранили несколько участников Сопротивления, находившиеся с ним в концлагере. В 1946-м скромную тетрадку принёс в Союз писателей Татарстана бывший военнопленный Нигмат Терегулов. Её вынес из тюрьмы Габбас Шарипов. А в 1947-м ещё одну передал через советское консульство в Брюсселе бельгиец Андре Тиммерманс.
Ещё через какое-то время самодельные блокноты, где было 93 стихотворения, попали в руки знаменитого поэта Константина Симонова, автора легендарного «Жди меня». Он добился их перевода с татарского на русский, объединил в «Моабитскую тетрадь» и опубликовал в одной из центральных газет статью о Джалиле, где высоко о нём отзывался.
В 1956-м за исключительную стойкость и мужество, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, Мусе Джалилю было присвоено звание Героя Советского Союза. А на следующий год присуждена Ленинская премия за цикл «Моабитская тетрадь». Обе награды нашли поэта и защитника Ленинграда посмертно.
В мае 2011 года в сквере дома 18 по Гаванской улице был открыт памятник поэту и Герою Мусе Джалилю. Это дар Республики Татарстан Санкт-Петербургу. Увековечена память воина и в Ленинградской области. В Тосно, где он был ранен и попал в плен, открыт бюст поэта. Регулярно проходят здесь и Джалиловские чтения. А три года назад в Тосненском районе Ленобласти открыли памятник военным журналистам, воевавшим и погибшим в годы Великой Отечественной. Он установлен в честь военкоров, которые не только пером, но и штыком приближали такую трудную и долгожданную Победу. В их числе был и татарский поэт, воин Муса Джалиль.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
