131

Галина Вишневская: «На интеллигенции лежит весь грех бескультурья»

Оказалось, город не может принять подарок, потому что по закону квартиру нельзя перевести в нежилой фонд. Кроме того, как только в квартире начался ремонт, сосед снизу стал заявлять, что его собственности нанесен ущерб, и пустился в судебные тяжбы.

Галина Павловна устала от нервотрепки и приняла решение: музею быть! Если не государственному, то частному. Как хозяйка она может приглашать в свою квартиру кого захочет, так что вскоре мы опубликуем телефон, по которому можно будет записаться на экскурсию.

В гости к Шостаковичу

- Квартиру Шостаковича мы купили в 2002 году, - вспоминает Галина Павловна. - Сделали это с открытым сердцем, с преклонением перед гением, с которым имели честь быть друзьями. Начался ремонт, и начались наши муки: сосед снизу без конца кляузничал и судился с нами. Все-таки ремонт был закончен, и мы с помощницей сами сделали экспозицию. Она посвящена молодым годам Дмитрия Дмитриевича и особенно его работе над оперой «Леди Макбет Мценского уезда». В квартире можно увидеть подлинные вещи Шостаковича, например письменный стол с фотографиями под стеклом, которые лежат так, как было при нем, диван, рояль, портрет юного Дмитрия работы Кустодиева, документы, афиши... Считаю, что экспозицию мы сделали хорошо.

Мы подарили музей Петербургу 25 ноября 2006 года. Я думала, что на этом все и закончится, теперь город будет его беречь, а люди - приходить. Сделать подарок - это было важно для меня и для Славы. Мы не знали, что квартира в жилом доме не может быть музеем. И жильцы жаловались, возражали, хотя экскурсий еще не было, не знаю, на что они жаловались... Стало ясно, что если мы все это не прекратим, то впереди ждут бесконечные судебные тяжбы. Поэтому моя семья - я и дочери - решили, что берем эту квартиру на себя, будем сами ею заниматься, финансировать. Никто не может мне запретить приводить в свою квартиру гостей, и что они здесь будут делать - восторгаться Шостаковичем или чай пить - никого не касается. Всех, кто хочет посмотреть, милости просим.

- На Западе легче делать подобные подарки?

- Думаю, там не существует подобной волокиты.

«Я родилась в Ленинграде»

- Несмотря ни на что, вы начинаете новый проект - восстановление часовни на месте Андреевского собора, в котором служил Иоанн Кронштадтский...

- Да, часовню уже начали строить, я буду принимать участие. Эту часовню я помню, хотя была пятилетней девочкой, - она стояла прямо напротив моего дома, через дорогу. Сам Андреевский собор взорвали раньше.

- Ваши дочери Елена и Ольга тоже занимаются благотворительностью?

- На средства Лены сделан ремонт в квартире Иоанна Кронштадтского, две комнаты уже открыты для посетителей. Ольга возглавляет Музыкальный фонд, Лена - Медицинский. Со времени перестройки на наши с Мстиславом Леопольдовичем средства были вакцинированы против гепатита более 2 миллионов детей не только в России, но и в Азербайджане, Армении, Грузии. Поначалу даже не было отечественной вакцины, теперь выпускают, надо переключаться на другую деятельность.

- В Кронштадте ведь похоронена ваша бабушка, умершая в блокаду. Удалось отыскать ее могилу?

- Нет, она похоронена в братской. Бабушка была простой крестьянкой, но она дала мне две заповеди, которым следую всю жизнь: не воровать и не врать. Некоторые считают меня резкой, потому что я всегда говорю то, что думаю. Так легче жить, я вас уверяю!

Я связана с Кронштадтом, иногда даже пишут, будто я родилась в этом городе. А я родилась в Ленинграде, на Выборгской стороне, в Красногвардейском районе.

- Правда, что именно в вашем петербургском доме будет сосредоточен весь архив семьи?

- Архив уже там, это тонны документов, никакого дома не хватит, чтобы все разместить! Бумаги разбирает профессиональный архивариус.

- Вся ваша большая семья собирается в России редко. А где общий дом?

- В Швейцарии. У меня там давно квартира, и сейчас дом купила Лена, до этого живущая во Франции. Наверное, и Ольга что-нибудь приобретет, пока она живет в Америке.

«Я за цензуру»

- Вы продолжаете преподавать в Центре оперного пения в Москве?

- Каждый день, кроме воскресенья, в 11 часов утра я спускаюсь со своего верхнего этажа на четвертый и работаю до шести. Целый день занята, и очень этому рада. Просто так жить совсем неинтересно. Да еще долго жить...

То, что я делаю - это мое призвание, моя профессия. Я много чего знаю и умею, получила от своих учителей здесь, в России, и хочу отдать русским певцам.

- В чем отличие наших певцов от европейских?

- Мы исполняем все, у нас смешанный репертуар. Нам так же легко петь итальянских композиторов, как и своих, даже еще легче. А вот итальянцы петь русскую оперу вообще не могут. Разве что Пласидо Доминго. А остальным трудно петь не только из-за языка, но - вокально, да и наши оперы - это драмы, нужно знать историю страны, чтобы проникнуться. Вот «Хованщина» - как можно объяснить, что это такое? Поэтому, когда они выходят и поют, это выглядит смешно.

- Как вы относитесь к разговорам о том, что опера умирает?

- Это глупости, они хотят ее убить «современным» прочтением. Но этот номер не пройдет, такие времена уже были. В тридцатые годы «Тоску» переделали в «Борьбу за коммуну», «Гугенотов» в «Декабристов», «Жизнь за царя» в «Жизнь за народ». Так что какие они новаторы! Они мародеры, которые обворовывают гениев.

- Вы за цензуру?

- Да. В культуре. Не раздумывая ни секунды, отвечаю: «За цензуру!» Если интеллигенция - на ней весь грех лежит! - позволяет показывать по телевидению все эти мерзости, бездарность, каких-то мальчиков-девочек, с утра до ночи орущих истошными голосами. Все кругом звезды, а на самом деле просто убогие.

Интеллигенция должна ставить свои заслоны: интеллектуальные, культурные. Не может быть все дозволено - это хаос. А свобода - это ограничение себя.

«Пела с пяти лет»

- По Первому каналу 19 сентября состоится ТВ-премьера фильма Сокурова «Александра», в котором вы играли главную роль. А ведь первая ваша работа в кино связана с Шостаковичем, с фильмом-оперой «Катерина Измайлова»?

- Да, Дмитрий Дмитриевич позвонил и сказал, что хотел бы видеть меня в главной роли. Страшно ли мне перед камерой? Да я ведь артистка, на сцене с 17 лет, а пела для всех, кто только ни попросит, с 5 лет.

- Кто-то из ваших шестерых внуков проявляет склонности к музыке, к искусству?

- К музыке - никто. Един­ственная девочка из всех - Настя, ей 16 лет, хорошо рисует и хочет быть художницей. Еще один внук собирается заниматься кино.

- Поддерживаете ли вы отношения с семьей Солженицыных?

- Даже на похоронах Александра Исаевича не смогла быть, находилась в Германии, но мы послали венок. Пройдет немного времени, и я, конечно, встречусь с вдовой, с Натальей. Как вы знаете, Солженицын с женой жили у нас на даче, она тогда родила трех сыновей подряд. Помню, спрашивала: «Ой, Галина Павловна, как худеть?» - «Не жрать». С тех пор она прекрасно держится, моя наука.

- Ну а вы-то сами как держите себя в руках?

- Все делаю сама, никогда в жизни не была ни в каких косметических салонах. Вот подстричься Лена меня в свое время уговорила. Ну а для того чтобы не испортить прическу, могу и помучиться - спать на валике. В жизни важно себя не жалеть, тогда многого можно достигнуть. Я считаю себя счастливым человеком. Конечно, у всех бывают трагические события в жизни. Только работа - спасение, если бы ее не было, не знаю, как пережила бы мою потерю.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах